www.livejournal.com
wyradhe
wyradhe
1	http://wyradhe.livejournal.com/321098.html	Неполиткорректное	___	___	Роскошная пролетарскиаллагерберовски-интернационалистическая статея Вадима Дубнова, навеянная автору происшествиями в Зап. Бирюлево: http://ria.ru/analytics/20131014/969957027.htmlСамые главные слова, исполненные горючей боли по поводу  наступающих фашистских времен:"Это раньше можно было улыбаться рассказам девушек о бесцеремонности кавказцев. Теперь эти рассказы обретают мощь обвинительного заключения".И сразу становится ясной цена всему остальному. Вообще-то между априорным придаванием чьим-то жалобам мощи обвинительного заключения и похохатыванием в адрес этих жалоб есть еще очень большое расстояние, но кто ж аллагерберовцам считает. У них только эти две реакции, кажется, в запасе и имеются (первая - в адрес социально близких или казуально к ним приравненных, вторая - в адрес всех остальных) - что же удивительного, если они по простоте думают, что и у нормальных людей, пчелок и бабочек тоже так же. Натурально, когда бабы девушки рассказывают, как им было тошно и страшно от, э-э, "бесцеремонности" приставал (каких бы то ни было; и в лучшем случае - всего только приставал), нормальный аллагерберовский интернационалист может только посмеяться над таковыми жалобами, и исключительно звериное дыхание фашизма может навести его на мысль этот смех временно приглушать. Вообще чтение В. Дубнова и А.А. Суханова открыло мне глаза на такое любопытное явление, как сублимационное замещение  коллективным образом "мигрантов как священной коровы" более старого образа "евреев как священной коровы". В классические аллагерберовские времена сов.евреи с аллагерберовской психологией (водившиеся, сколько я мог заметить со стороны, преимущественно в совписовской и околосовписовской среде) так и выставляли на всеобщее обозрение икону с прекрасными евреями, ненавидимыми низкими варварами за свою прекрасность ("В чем мы провинились, Генрих Гейне? Чем не угодили, Мендельсон? Я спрошу и Маркса, и Эйнштейна, что великой мудростью полны..." и далее, Алигер ком Алигер). С тех пор, однако, одни граждане с психологическими запросами на такую картинку стали прижиматься их выставлять на всеобщее обозрение, а другие, с развитой объективностью, означенную картинку вполне искренне отбрасывают.  Запрос у них, однако, остается, и воспроизводство этой картинки с замещением в ней евреев мигрантами позволяет его идеальным  образом удовлетворить - теперь получается, что гражданин выступает уже не за себя, а за другого. "Я не сам, а я ревную за Советскую Россию".  Мигранты при этом оказываются своего рода коллективной МэриСью для соотв. пишущих.Под конструированием образа мигрантов (или саамов, или судей, или полицейских, или чиновников) как священной коровы имеется в виду, естественно, не выступления с указаниями о преступности попыток отыгрываться на безвинных мигрантах (или саамах, или судьях, или чиновниках, или полицейских) за виноватых. А наигранное изумление по поводу того, и откуда ж это у мигрантов (саамов, судей, полицейских, чиновников) такая плохая групповая репутация в среде их соседей, и почему ж эти соседи жалуются на прилетание им синяков и шишек из соотв. групповых ареалов и не в восторге от наличия этих ареалов по соседству с ними -ясно же, что от фошыстской ксенофобии. Разве одни мигранты нападают или пристают к женщинам, а остальные не пристают? Натурально, нет. Разве так делает большинство мигрантов? Натурально, нет. Разве одни полицейские забивают и пытают людей? Натурально, нет; большинство избиений и истязаний в стране чинится уж никак не полицейскими. Разве большинство полицейских забивает и истязает людей? Натурально, нет. А вот поди ж ты: когда из такого-то анклава  мигрантов или анклава полицейских прилетает окружающим гражданам бутылка  в прямую кишку или "бесцеремонность" в приставаниях, граждане начинают как-то особенно топотать ножками и верещать, что надо навести порядок с мигрантскими анклавами  и с полицией. Что ж это они так? Почему именно с мигрантами и с полицией, на них разве мир кончился? Не иначе, как это ксенофобы и ментофобы им влили в души свои тлетворные яды... А может, они просто примечают концентрацию, частоту и степень опасности прилета неприятностей из соответствующих ареалов/анклавов  в сравнении со средней такой опасностью. Ну вот, к примеру, примечают, что ежели мимо такой-то овощебазы, оплота некоторого анклава мигрантов, идти, то шансы нарваться на малоприятное много больше, чем если идти по другим местам, а ежели полицейский бьет, то шанс найти управу и оборониться много меньше, чем ежели бьет сосед (не крышуемый другим полицейским)? Это примечание ни в малой степени не извиняет готовность бить любого, кто работает на этой овощебазе, или охотиться на любого мента, имеющуюся у тех "мигрантофобов" и "ментофобов", у кого такая готовность имеется. Или оправдания  такой готовности.  Но наличие людей с таковой готовностью и с такими оправданиями  ни в малой степени не оправдывает тех наводящих тень на плетень граждан, кто делает вид, что  только эти самые "фобы", в силу своего темного агрессивного варварства, и могут относиться к анклавам мигрантов или  полицейским с опасениями, а к тесному соседству с теми и другими - с нежеланием; а вообще-то никаких разумных оснований питать подобные опасения и нежелания, ни у кого, конечно, быть не может. Окроме гадкой темной агрессивности супротив прекрасных мигрантов ли, полицейских ли... Ну чем могла досадить не-варварам и не-оголтелым ксенофобам эта овощебаза? Да ясно, что ничем. Во всяком случае, ясно всем тем, кто считает нормой улыбаться рассказам девушек о бесцеремонности кавказцев.Интересно также, что у нас кристаллизовалось два основных отряда ширнармасс и интеллигенции (слава богу, они не исчерпывают совершеннолетнее дееспособное население - о другом тут и речи нет -  но существуют и даже доминируют). В одном отряде считается нормой улыбаться рассказам девушек о бесцеремонности ряда кавказцев (и т.д.), а в другом - улыбаться  рассказам других девушек о бесцеремонности ряда отделений УФСИН, вроде рассказа Толоконниковой (и т.д. - включая рассказы об огульно-деятельной бесцеремонности иных граждан в адрес мигрантов). При мысли о двух этих отрядах можно вспомнить только Швейка:"Я знаю двух Фердинандов. Один служит у фармацевта Пруши. Как-то раз по ошибке он выпил у него бутылку жидкости для ращения волос; а еще есть Фердинанд Кокошка, тот, что собирает собачье дерьмо. Обоих ни чуточки не жалко".
2	http://wyradhe.livejournal.com/320471.html	Северо-Восточная Атлантида-1	___	___	Северо-Восточная Атлантида-11. "Этно"археологическая история Якутии и Северо-Востока Азии известна довольно хорошо. А вот с привязкой к ней этноистории без кавычек вокруг "этно" - все гораздо сложнее. Археология имеет дело с распространением тех или иных элементов и целых комплексов материальной культуры. Слава богу, в первобытном мире распространение определенных комплексов (например, резкая смена керамики после веков ее стабильного воспроизводства, да еще в комплекте с некоторыми другими элементами) можно с уверенностью приписывать вкладу некоего иного населения. Только какому вкладу? Допустим, в Сибири в ареале петровской археологической культуры возникает сидоровский культурный комплекс и в итоге на этом ареале петровскую культуру сменяет сидоровская. Допустим, нам повезло, и комплекс этот - не такой, который вполне легко изобрести в рамках не подвергавшегося внешним влияниям  сообщества петровцев, а дальше перенимать просто в силу его технической полезности или моды. Комплекс этот, стало быть, такой, что за ним стоит влияние каких-то чужаков (чужаков - по отношению  к носителям петровской культуры).  Если мы хоть это можем установить, то уже и это большая удача. То есть были какие-то "прасидоровцы / первосидоровцы" - те самые чужаки-непетровцы, от которых пошел сидоровский комплекс (их и сидоровцами часто будут называть, но это неосторожно, потому что сидоровцы - это носители сидоровской к-ры, сложившейся в результате какого-то взаимодействия первосидоровцев с петровцами).Но дальше возникают вопросы: а каков был механизм этого влияния первосидоровцев? Тут ведь возможен целый ряд моделей. Например:- А. Первосидоровцы вступили в контакт с какой-то группой петровцев без смешения с ними и без миграции в их ареал. Та переняла у них их культурный комплекс, а уж от нее его переняли прочие петровцы. Этот процесс мог идти и в связи с расселением или экспансией первой осидоровившейся (по мат. культуре) группы петровцев внутри петровского ареала (А1), и без всего этого (А2). Конечно, если уж мы приняли, что сидоровский комплекс  - не такой, чтоб его просто можно было, варясь в своем соку, разработать на коленке и дальше перенимать по цепочке за счет обычных соседских контактов, то весь этот вариант - не самый вероятный.- Б. Первосидоровцы так-таки прошли по петровскому ареалу / вошли в петровский ареал, петровцы переняли от них сидоровский комплекс и стали сидоровцами. При этом, возможно, первосидоровцы даже и не смешивались с петровцами и не было перенятия языка (Б1). В этом случае у нас на выходе  оказываются две разных этн. общности с одной сидоровской культурой - первосидоровцы и бывшие петровцы, перешедшие на сидоровскую к-ру. Но, возможно, первосидоровцы смешались с какой-то группой петровцев в единую лингвистическую общность (Б2). Б2 разветвляется на кучу вариантов. (Б2-I) первосидоровцы смешались с большинством петровцев;  (Б2-II) - нет, с какой-то одной группой петровцев.  А эти смешавшиеся дальше расселялись по петровскому ареалу и смешивались / тесно контактировали  с прочими петровцами (Б2-II-1).  Нет, не расселялись и не смешивались. Прочие петровцы просто переняли у этих первосмешавшихся сидоровский комплекс за счет контактов внутри исконно петровского ареала без каких-то особых передвижений (Б2-II-2).Все эти вещи еще могли и сочетаться. Например, какие-то гордые первосидоровцы, ни с кем не смешиваясь, шествуют через петровский ареал / засели в его куске, захватив его у петровцев; а другие первосидоровцы (не такие гордые, или просто побежденные в какой-то момент петровцами) смешались с петровцами, а рядом... или... или...2. И, наконец, заключительный пряник. Мы все говорили про смешение, имеющее место в некоторых вариантах. Только каждое такое смешение могло само идти в двух вариантах: победу при этом одерживал язык первосидоровцев  либо победу при этом одерживал язык петровцев. На выходе вполне можем иметь разом бок о бок друг с другом - первосидоровцев в петровском ареале, сохранивших идентичность; разные группы петровцев, усвоивших сидоровский комплекс без смешения с кем-либо (при этом с них или с некоторых их них сталось бы в иных случаях и перейти  на язык, принесенный первосидоровцами - просто за счет контактов с носителями этого языка, кем бы они ни были); группы петровцев, смешавшихся с первосидоровцами с победой первосидоровского языка;  группы петровцев, смешавшихся с первосидоровцами с победой петровского языка. И при этом все - носители сидоровской культуры.И если сидоровская культура продолжит свой победный марш дальше из петровского ареала, в ареал какой-нибудь ивановской культуры, то этот марш может оказаться связан с любыми из групп перечисленных выше разновидностей... а также, впрочем, и с ивановцами, взаимодействующими  с этими группами по любой из моделей, очерченных выше.А ведь бывает и так, что при смешении и взаимодействии культура-то восторжествует  у кого-то петровская, независимо от того, какой восторжествует язык. Это же мы просто выше приняли для примера, что петровская культура сменилась сидоровской на всем петровском ареале. А то ведь бывает так, что тут сменилась, а тут не очень-то и сменилась. Только если не сменилась - это не всегда значит, что здесь сидят особо консервативные петровцы, говорящие по-петровски и не поддавшиеся влиянию сидоровского культурного комплекса. Это могут быть и чистые первосидоровцы, перешедшие на культуру петровцев, но не на их язык. Или и на петровскую культуру, и на петровский язык. Или это может быть группа, образовавшаяся от смешения носителей сидоровского культурного комплекса (которыми вполне могла быть в данном месте и перешедшая на этот комплекс без смешения с кем-либо группа петровцев) с петровцами, причем восторжествовал петровский культурный комплекс, но не язык. Или и петровская культура, и петровский язык.Если читатель еще держит нить того, кто на ком мог стоять, то он, скорее всего, сам занимается историей этнокультурного взаимодействия популяций.3. А ведь это мы еще упростили себе задачу, постановив, что сидоровский культурный комплекс  пошел к петровцам от неких отличных от них первосидоровцев. А не был создан в каком-то субареале самих петровцев за счет наноинноваций и модернизаций под началом военного вождя Пу и главшамана Ме...Ну и мы до сих пор говорили о каких-то петровцах как об одной общности не просто с петровской культурой, а с  каким-то петровским языковым единством. А ведь это мог быть конгломерат объединенных петровской культурой пупкинцев, андреевцев, алешинцев, первопетровцев с разными языками и в разных культурных и союзных комбинациях. А этнопотестарные комбинации еще и могут не совпадать с языковыми. Вон в IX в. сложился суперсоюз племен с участием славян - словен ильменских + ряда соседних финских племенных союзов, а соседние славянские союзы в него не входили. А в XVII веке имело место юкагирское племенное объединение в составе юкагирских племен шоромба, носителей диалекта южноюкагирской языковой ветви, и янга, носителей диалекта  североюкагирской языковой ветви, а сами эти ветви разошлись тысячи за три лет до того, и шоромба оказались соседями янга только за счет вынужденной миграции, прибившей их с юга к янгинцам.Вот с учетом всего этого и можно строить схемы реконструкции этноистории Якутии и Северо-Востока Азии по данным этноархеологии... На самом деле это не так страшно, потому что то здесь, то там всплывает какая-то информация, позволяющая отсеять какие-то варианты как менее вероятные, и потому что никто не отменял лезвие Оккама, отсекающее усложненные без необходимости схемы.
3	http://wyradhe.livejournal.com/319843.html	Участливый военачальник Гу	___	___	Участливый военачальник Гу- персонаж танской литературной традиции.Рассказ о нем гласит,что был некогда юноша по имени Ван Сянькэ, влюбленный в дочь своего родственника-чиновника Ушуан. Но за участие в смуте родители Ушуан были казнены, а саму ее обратили в наложницу императорского гарема. Ван Сянькэ смог разыскать только старого верного слугу и служанку Ушуан и взял их к себе.Потом, однако, Ушуан смогла из гарема передать Ван Сянькэ весточку:"Я слышала от местных правителей, что отставной военачальник Гу из Фупина отличается открытым сердцем и отзывчивостью. Не могли бы вы обратиться к нему за помощью?" (= чтобы он помог мне бежать из гарема и соединиться с тобой).Тут надо сказать, что местные правители, видимо, отзывались об отставном военачальнике еще и как о cовершенно reckless человеке, способном на дело любой лихости и притом нисколько не уважающем власти и почтительность, поскольку похитить девушку из императорского гарема, чтобы помочь ей воссоединиться с возлюбленным, мог бы только такой человек.Ван Сянькэ тут же перевелся на службу в Фупин начальником уезда и свел там знакомство со старым отставником, жившим в своем поместье. Было это около 800 г. н.э., в годы Чжэньюань. В течение целого года Ван Сянькэ, какое бы пожелание ни высказывал при нем в пространство военачальник Гу - говорил ли он, что хотелось бы ему парчи, шелка, драгоценностей или яшмы, - тут же добывал это и дарил военачальнику, но сам его ни о чем не просил.Через год военачальник Гу оценил готовность Ван Сянькэ  вкладывать в него средства, ни о чем его не прося по своей инициативе и тем самым вверяясь самому военачальнику  - захочет тот, сам предложит доброе дело в ответ, не захочет - Ван Сянькэ просто потеряет средства, но сам просить ни о чем не будет. Военачальник Гу оценил  такой благородный способ снискивать помощь, и сказал знакомцу:- Я простой старый солдат, и вам нет от меня никакой пользы, а вы столько всего для меня сделали! Я понимаю, что Вы бы от меня хотели какой-то помощи, и, тронутый вашей преданностью и  доверием (он имел в виду, что Ван Сянькэ все делал ему подарки, но сам решил ни о чем его не просить, оставляя вопрос об ответной услуге на произвольное усмотрение  военачальника), я решился дать себя в порошок растереть ради вас.Ван Сянькэ со слезами поклонился ему и все рассказал.- Трудное дело!  - ответил военачальник, - но попытаюсь.После этого он сделал следующее. Тайно разведывал повсюду,  нет ли снадобья, которое  на три дня делало человека как бы мертвым, усыпляя его до степени летаргии, и через полгода выяснил, что есть такое снадобье у даосов на горе Ма. Тут же послал он своего слугу на гору Ма за этим снадобьем, и когда тот вернулся, военачальник Гу снадобье у него взял, а самого его незамедлительно убил, чтобы не могло случиться утечки информации. После этого (не говоря о том, что он сделал и задумал), он вызвал к себе Ван Сянькэ, и велел ему ради успеха воссоединения с Ушуан предоставить в его распоряжение старую служанку Ушуан, жившую, как мы помним, при Сянькэ. Служанка к нему прибыла. Военачальник Гу переодел ее в наряд дворцового гонца, снабдил нужными паролями и отправил к Ушуан со снадобьем, велев служанке следующее: притворяясь гонцом и не открывая себя, дай ей это снадобье как яд и скажи, что император велел ей покончить с собой, как дочери участников смуты; потом возвращайся и доложи. Служанка все так и сделала;  Ушуан, думая, что ее приговорили к смерти, выпила снадобье, думая что это яд, и стала как мертвая. Служанка вернулась и доложила о выполнении задания; тогда военачальник убил ее, чтобы не возникло утечки информации, а сам взял носильщиков и поехал с ними во дворец (они несли ценности, назначенные на взятки). Там он по секрету связался с гаремными чиновниками, выдал себя за родственника Ушуан (которую в гареме, естественно, сочли скончавшейся) и за большую взятку выкупил у гаремных евнухов ее тело. После этого поехал обратно с телом Ушуан и носильщиками, по дороге раздав немало взяток тем, кто его видел, чтобы они молчали о его проезде; тем самым он хотел повязать их этой взяткой, чтобы они потом не разгласили о его проезде из страха выглядеть его соучастниками. Когда он подъезжал к местности, где ждал его Ван Сянькэ с оставшимся у него старым слугой Ушуан, он в укромном месте убил всех носильщиков, чтобы не возникло утечки информации.После этого он явился к Ван Сянькэ с завернутым в циновку телом Ушуан, ничего ему не сказал о проведенной операции, а только сказал, что кажется Ушуан мертвой, а на самом деле живая, и вскоре придет в себя. Когда Ван Сянькэ и старый слуга Ушуан привели ее в чувство, военачальник Гу попросил у Ван Сянькэ, чтобы тот велел старому слуге вырыть глубокую яму на заднем дворе, а когда тот это сделал, к ужасу Ван Сянькэ военачальник отрубил старому слуге голову, чтобы не случилось утечки информа....- и бросил останки в яму, где их и закопал.После этого он сообщил Ван Сянькэ о ходе всей операции, велел ему уезжать с Ушуан и жить тайно под чужими именами, а затем, чтобы и от него самого не произошло утечки информации (а быть может, также и в расплату за учиненные им ради Ван Сянькэ убийства невинных людей, хотя об этом он ничего не сказал, а сказал только, изложив историю всех ликвидаций: "Самого себя я тоже прикончу ради вас, друг мой!"), молодецким ударом меча отсек голову самому себе.Ван Сянькэ с Ушуан жили долго и счастливо, а военачальник Гу после опубликования этой истории, сочиненной литератором Сюэ Тяо (830-872) и имевшей большой успех, навсегда стал в китайской традиции литературным примером праведной (товарищеской) верности, о чем см. The Birth of Chinese Feminism: Essential Texts in Transnational Theory / Ed. Lydia H. Liu, Rebecca E. Karl,  Dorothy Ko. Columbia University Press, 2013. P. 279. Not. 150П.С. Следует иметь в виду, что  военачальник Гу убивает  слуг и себя, опасаясь не именно доноса, а просто чтоб гарантировать, что те (и он сам) ни случайно не проболтаются обо всем этом деле, ни под пытками (если на них выйдут) не покажут о нем. Поскольку если кто-то проболтается, и это всплывет, то на Сянькэ и Ушуан будет объявлен розыск;  да и так могут начать розыск, если в гареме выплывет, что тело умершей наложнице отдали за взятку какому-то ее родственнику. Значит, для вящей гарантии безопасности Сянькэ и Ушуан  надо оборвать цепочку, ведущую от операции  к самим  Сянькэ и Ушуан, уничтожить всех, кто об этой операции знает, кроме самих Сянькэ и Ушуан. Гу убивает слуг и носильщиков не потому, что так мало ценит их, а потому, что так невиданно высоко ставит для себя ценность безопасности Сянькэ и Ушуан и желание их обеспечить против всех бед.  Автор рассказа, Сюэ Тяо, этих убийств не одобряет - он в конце специально оговаривает, что вот, убили больше десятка невинных людей, и старательно выстраивает сюжет так, чтобы сам Ван Сянькэ (положительный герой) не имел к этим убийствам никакого отношения, не давал на них санкции, не знал о том, что Гу собирается их учинять, а первым увиденным им убийством был шокирован и ошеломлен - только уже не мог ничего изменить. Обсуждаемые убийства и самоубийство - мера великой готовности Гу идти на чужие и свои жертвы  (в том числе и преступным по отношению к невинным людям образом)  ради помощи подопечному, из приверженности к его благу - и, тем самым, мера самой этой приверженности, мера готовности Гу "растереть себя (и не только себя) в порошок" ради того, кому он решил оказать благодеяние, а не мера низкой ценности жизни слуг. Это заодно и мера реклессности военачальника Гу, но что он человек большой реклессности, было видно уже и из того, что по слухам о нем Ушуан заключила, что если его расположить к себе и сдружиться с ним, то он поможет и в похищении императорской наложницы. Конечно, на _таком_ примере показывать степень приверженности благу товарища можно было бы только в рамках китайской культуры, где положительный (и уже никакой критике автора не подвергающейся) сановник из конфуцианского канона пускает безвинно в расход слугу, чтобы удостовериться в служебных качествах подчиненного. Но в нашей новелле эти убийства не оправдываются и не ставятся в образец; автор только ахает: это как же надо быть преданным благу того, кому ты решил помочь, чтобы обеспечивать ему гарантии безопасности таким способом! В этом и проявилась та самая великая открытосердечность и отзывчивость военачальника Гу: ради блага того, кому решил по-дружески оказать покровительство и помощь,  если уж решил это сделать, и горы сворочу, и десяток человек положу, и себя прикончу.
4	http://wyradhe.livejournal.com/319242.html	Еще замечательный пример	___	___	Еще замечательный пример.Как известно, лихим гринписовцам (и находившемуся при них фотографу) предъявлено обвинение в пиратстве по 227 статье УК. Пиратством у нас по этой самой статье азывается  "нападение на морское или речное судно в целях завладения чужим имуществом, совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения".Нефтяная платформа «Приразломная» -  судно, она зарегистрирована в судовом реестре Нарьян-Мара. Если там имело место (как пишут) движение гринписовцев на столкновение с лодкой пограничников, то это может быть приравнено к угрозе насилием (угроза не обязательно должна быть выражена словами).  Но вот считать, что гринписовцы хотели залезть на платформу с целью завладения ей как имуществом, или каким-то другим находящимся на ней имуществом, можно только в транс-состоянии.  Следствие потому и заявляет, что пока в определении целей опирается не на показания участников, а на "объективную картину преступления" ( http://sledcom.ru/actual/356460/ : "В отсутствие показаний подозреваемых об обстоятельствах и целях, которые они преследовали, нападая на платформу, следствие устанавливает эти обстоятельства, исходя из объективной картины произошедшего. А картина на данный момент следующая: группа лиц на судне «Arctic Sunrise» с большим количеством оборудования, пока не установленного предназначения, нарушает 500-метровую зону безопасности платформы «Приразломная» и приближается к ней. Предупреждения отойти на безопасное расстояние полностью игнорируются. Затем, спустив на воду несколько лодок, подозреваемые используют специальное оборудование, с помощью которого пытаются подняться на платформу. Требования представителей власти прекратить противоправные действия они также не выполнили и, более того, пошли на таран лодки, в которой находились пограничники. Все эти действия следствие расценивает, как реальную угрозу личной безопасности сотрудников платформы и имуществу, а также оказание сопротивления сотрудникам правоохранительных органов").Ну а ежели гринписовец лезет напролом на стационарную буровую установку, то не ясно ли из этой объективной картины, что он делает это, скорее всего, с целью завладеть ей как имуществом или каким-то иным чужим имуществом, на ней находящимся? Ну, по ходу следствия цели могут уточнить...Ну ладно, это СКР. Но вот результаты голосования почти 30 тысяч человек на мэйл ру:http://news.mail.ru/incident/15034981/?sent=1#articlepoll29 процентов считают, что это именно "пиратство" (затруднительно представить себе, что СКР наслал сюда ботов).Иными словами, содержание УК они смело конструируют из глубин своего духа, не глядя в УК, а дух у них несколько такой... подмарихуанный.
5	http://wyradhe.livejournal.com/319061.html	Мелочи	___	___	Мелочи (1) Коржаков: "Расстрел [Белого дома в окт. 1993] имел символическое значение. Чтобы запомнили. Он, кстати, помог Ельцину выиграть выборы 1996 года. Зюганов не стал собирать митинги и требовать пересчета голосов потому, что вспомнил про танки. Ельцин в 1993 году показал свою силу, после чего можно было отказаться от всяких репрессий и спокойно принять Конституцию, написанную в пользу президента и исполнительной власти" ( http://www.mk.ru/politics/article/2013/10/02/924474-pushki-93go-goda-esche-putinu-posluzhat.html) .Кто бы сомневался. Сами зюганичи этого нисколько не скрывали - покойный Илюхин в ответ на вопрос, почему Зюганов немедленно признал победу Ельцина (и даже отправил ему поздравительную телеграммы - с победой): "Зюганов опасался шага, который мог бы стать прологом большой гражданской войны. – А у окружения Ельцина были силовые сценарии в случае победы на выборах Зюганова? – Да. Власть была к этому готова. Они не стесняясь говорили нам: «Просто так мы власть не отдадим»... Совсем незадолго до этого был 1993 год, который показал, что и как могут использовать: выкатили танки и расстреляли Дом Советов. В тот момент  в охранных структурах Москвы под ружьем находилось примерно 50 тыс. охранников, в том числе из бывших афганцев, которые тогда поддержали Ельцина. Эта сила могла быть использована, а это еще страшнее, чем открытое противостояние" ( http://igpr.ru/forum/kak_zjuganov_sdal_svoih_izbiratelej_i_pobedu_v_1996 )Кстати уж: в свое время столь разные встречавшиеся с Медведевым в февр. 2012 люди, как Немцов, Удальцов, Бабурин и Бабкин заявили, что он о фальсификациях на выборах  заметил, что раньше и хуже бывало: "Да, выборы в Государственную думу не стерильны", но "вряд ли у кого есть сомнения, кто победил на выборах президента в 1996. Это не был Борис Николаевич Ельцин". "Участники встречи глава Партии дела Константин Бабкин и сопредседатель Партии народной свободы Борис Немцов: ... «Да, такая фраза была. Она была сказана в ответ на обвинения Бориса Немцова в нелегитимности выборов и их нужно отменять. Президент ему ответил, что вы были в 90-е годы во власти и принимали активное участие в президентской кампании. И мы знаем, что победил тогда не Борис Николаевич»,— рассказал господин Бабкин" . ( http://www.kommersant.ru/doc/1878853 ). Коммунисты тогда страшно обиделись, и принялись настаивать, что нет,  они тогда выборы по-честному проиграли ( http://www.nr2.ru/moskow/374183.html ). Сдается, что нынешняя моделька - когда власть гарантированно обеспечивает себе нужный результат менее сильными средствами, чем танки или угроза танками, еще на дальних подступах к ситуации, где пришлось бы эти танки применять (хотя танки, конечно, тоже маячат где-то за горизонтом) - это существенно менее скверный изотоп "управляемой демократии", чем светлая свобода 90-х. Вариант, когда играть в шахматы дают с меньшим мухлежом, но выигравшего  - если он будет не тот, кто нужен - просто треснут по голове дубинкой и выигрыш отберут - он столь же далек от честнойичистой игры в шахматы, как и вариант, когда все  решается уже на стадии отбора соперников и игры, без посткоитальной дубинки. Но при этом он более травмоопасен.(2) Недавно известился я из сочинения Е. П. Чудиновой "Наука и сосиска" ( http://expert.ru/2013/09/25/nauka-i-sosiska/), что Д.Л. Быков равнодушен к реформе РАН, а сама Е.П. Чудинова - напротив; первое меня обрадовало (еще не хватало бы, чтобы Д.Л. Быков был на нашей стороне; то, что он окажется на чьей-то стороне - это не самое, конечно, плохое, что может случиться с этой стороной, но совершенно лишнее для любой нормальной стороны плохое), второе, по аналогичным соображениям, огорчило - лучше бы Е. П. Чудинова была на какой-нибудь другой стороне, только не на нашей (ср. другой ее глагол, про Толоконникову и РАН: http://mikhailosherov.livejournal.com/378387.html ; а также разъяснения http://domety.livejournal.com/568902.html : "неужто нужна генетическая предыстория, чтоб понять - именно сейчас страну начали убивать всерьез. Все, что было до этого - игра в серсо, сбор полевых маргариток". Да, конечно, все предыдущее - мелочи жизни по сравнению с тем, что над нами, сотрудниками НИИ, поставили начальство хуже вместо начальства лучше. Писатель-фантаст, что с него возьмешь).(3) Если я правильно понимаю, то гражданский протест на болотных изволил испустить дух (ну, пока его снова не включат с большого верха - если включат). Разговоры про "на митинги как на работу" шли-то шли, да туда и пошли, куда им надлежало. Возможно я, конечно, ошибаюсь и что-то проглядел, но никакой информации о назначении новых болотно-сахаровых я не нашел. Фейсбучная группа "Мы были на Болотной и придем еще" дает полный штиль ( https://www.facebook.com/moscow.comes.back/events , https://www.facebook.com/moscow.comes.back ), согласованный Навальным митинг 14 сентября был отменен самим Навальным как утративший смысл, на сайте Коорд. совета оппозиции ( http://www.kso-russia.org/ ) его рабочая группа по протестным акциям ( http://www.kso-russia.org/content/rabochaya-gruppa-po-organizacii-protestnyh-akciy ) ничего не выражала, заседание этой славной организации от 29 сент. http://www.kso-russia.org/sites/default/files/protocols/protokol_zasedaniya_kso_21.09.2013.pdf, http://www.kso-russia.org/sites/default/files/stenogrammes/2013-09-21-ks-stenogramma.pdf ) ничего на эту тему не оглашало ("коллега Тор" призвал было товарищей по цеху вспомнить, что кроме участия в выборах, есть и уличные мобилизации, но вопиял в пустыне), ЖЖ одного знатного члена рабочей группы КС по протестным акциям т. Пархоменко ни про какие акции ничего не говорит, а посвящен в последнее время липовым диссертациям, ЖЖ Навального и Немцова - аналогично ни к каким митингам не зовут, товарищ Каспаров рыдает о самосливании оппозиции ( http://www.kasparov.ru/material.php?id=524AB07665487 ) и т.д.Но если уж я что-то проглядел, то уж точно ничего не проглядел А. Бабченко, - а он отмечает то же самое ( http://starshinazapasa.livejournal.com/691297.html . Кто-то в комментариях к этому посту написал, что не прошло и двух лет, а до некоторых стало доходить. Добавлю, что доходить стало то, что было совершенно ясно  еще до 15 дек. 2011 года).Но с вождями это все так и должно быть.  А вот что забавно - это то, что куда-то бесследно саморасточились все те люди "гражданского протеста", которые полтора года объясняли, что они на митинги ходят сами, а не по сигналам хомяководов, что-де "вожди протеста" просто фигуры, накрывающие площадку, а само массовое движение гражданского митингового протеста идет и  пойдет мощной  поступью и без них, "мы сами-сами" - ну и где эти сами-сами и их болотненские хождения, чуть только вожди перестали свистеть в свисточки, скликая их на славный путь?Не иначе, как совершенно самостоятельно решили, что в нынешних условиях митинги и демонстрации более не нужны. Ведь иначе они, конечно, и без включения электромагнитиков сверху и свистков "вождей" сами подали бы заявки и двинулись мощными колоннами на площади - протестанты же ж, с независимой же ж гражданской активностью.Но не огорчайтесь, дорогие товарищи. Это сейчас на Валдае начальство вроде как завершило восстановление своего внутриначальского согласия и вас перестали включать. Может, они опять это согласие ослабят, и какая-то из их фракций опять решит, что болотненские хождения креативных рассерженных горожан ей пригодны как фишка в их нардах с другой фракцией. Тогда вас снова включат, и вы снова будете ходить с протестами на площади и думать, что вы это "сами-сами". Ничего не потеряно, пока есть начальство,  есть вы и есть площади.
6	http://wyradhe.livejournal.com/318753.html	Здравствуйте, товарищи! Неполиткорректное	___	___	Здравствуйте, товарищи! НеполиткорректноеВласти властями; небезынтересно, однако, посмотреть, чего надо ожидать "друг от друга".(При оценке нижеследующего следует иметь в виду, что ЧАСТЬ голосовавших за ельцинский и красный лагеря голосовала за них как за большое зло, но все же меньшее зло сравнительно с противоположным из этих двух лагерей. К ним мои конечные выводы не относятся, но само положение, при котором они оказались перед надобностью голосовать за один из этих лагерей во избежание прихода к власти другого, могло сложиться только благодаря тому, что большинство все-таки голосовало за эти лагеря как за добро, а никакое не меньшее зло сравнительно с противоположным - так как иначе, при обилии кандидатов и партий, эти два лагеря просто не вырвались бы в фавориты и никому не пришлось бы выбирать между ними по системе "если не поддержать этих, то к власти, того гляди, придут те").0. Голосование в поддержку/против ельцинских реформ, весна 1993 (явка 64 проц.).Вопрос: "Доверяете ли Вы Ельцину?"Да - 59 проц., нет - 39 проц.Вопрос: "Одобряете ли Вы социально-экономическую политику, осуществляемую президентом и правительством с 1992 года?"Да - 53 проц., нет - 45 проц.1. Выборы президента-1996, первый тур11 штук кандидатов.За Ельцина + Зюганова - 67 процентов при явке 70.2. Выборы в Думу-1999Коммунисты (Зюганов+Тюлькин+пр.) + "ельцинские" (НашДомРоссия+Единство+СПС) - получили вместе 61 процент при явке 62.3. Опрос 1999/2000 года: считает ли опрошенный правильным ответом на взрывы 1999 года депортацию всех этнических чеченцев на территорию Чечни (вариант: с ее последующей изоляцией).Ответы: да - 64 проц., не знаю - 12 проц., нет - 24 проц. (в числе сторонников "нет" следует выделять, помимо людей, неопределенное количество сочувственников СергейАдамычаКовалева, сторонников нац.-осв. борьбы против отжившей свой век империи и прочих идейно близких).4. Выборы президента-200012 штук кандидатовза Путина, рекомендованного Ельциным + Зюганова - 82 процента при явке 69.5. Выборы президента - 2004Путин + канд. СПС + канд. КПРФ - вместе 89 проц. при явке 64 (оппозиция постаралась слиться, и это уже не особенно репрезентативные выборы, но все же).6. Процент считавших, что пусси райот покараны чрезмерно / адекватно/ недостаточно сильно, по опросам Левады (весной - летом 2012 вопрос задавался о потенц. приговоре от 2-х до 7 лет, позднее - о реальном приговоре к 2 годам):весна 2012: чрезмерно - 43 проц., адекватно (или недостаточно сильно) - 47 проц.лето 2012 (пора отпусков, почему-то вышло нерепрез.): чрезмерно - 58 проц. (адекватно или недостаточно сильно) - 33 проц.осень 2012: чрезмерно - 16 проц., адекватно или недостаточно сильно - 78 проц. (в т.ч.: адекватно - 35 проц., недостаточно сильно - 43 проц.)весна 2013: чрезмерно - 35 проц., адекватно (или недостаточно сильно) - 56 проц.7.1. Процент одобривших / неодобривших закон о запрете "пропаганды гомосексуализма..." с его пониманием "пропаганды":да - 76 проц., против - 17 проц.7.2. Процент считающих, что геи и лесбиянки не должны иметь равных прав с прочими гражданами; процент считающих, что должны иметь равные права:не должны - 47; должны - 39.7.3. процент выступающих за преследование по закону и принудительное лечение геев и лесбиянок / против преследования по закону и принудлечение означенных.за - 51; против - 39.8.1. Процент считающих, что если чиновник или депутат очень богат, то это неприлично или преступно / ни то, ни другое:неприлично или преступно: 77 проц.; нет - 13 проц.8.2. Процент считающих, что богачей, превышающих по доходам определенный имущественный ценз, следует лишить права занимать посты на госслужбе или избираться в депутаты:нужно лишить: 82 проц; не нужно лишать: 10 проц.9.1. Процент однозначно положительно и скорее положительно оценивающих деятельность т. Сталина / процент отрицательно и скорее отрицательно ее оценивающих:положительно и скорее положительно: 49, отрицательно и скорее отрицательно: 32.9.2. Процент согласных / несогласных с тем, что т. Сталина следует аттестовать как преступника:согласны: 32, несогласны - 50.10. Верят ли в сглаз и порчу:верят 61 проц., не верят 24 проц.11. Верят ли в одномоментное сотворение человека Богом или в эвол. происх. от приматов (2005-2010).В сотворение: 50 проц.; в происх. от приматов - 25 проц.(Замечу, что религия тут ни при чем: можно совершенно спокойно быть христианином и признавать эволюцию. "Способ, как творил Создатель, что считал он боле кстати...")( http://ria.ru/society/20130305/925898796.html , http://www.levada.ru/05-03-2010/rossiyane-o-staline , http://www.levada.ru/26-03-2013/44-rossiyan-esli-chinovnik-ili-deputat-bogat-eto-prestupno , http://www.levada.ru/31-07-2012/rossiyane-o-dele-pussy-riot , www.levada.ru/02-10-2012/nakazanie-uchastnitsam-gruppy-pussy-riot-tret-rossiyan-sochla-adekvatnym , http://www.levada.ru/25-03-2013/polovina-rossiyan-prostili-pussy-riot-opros , http://www.levada.ru/archive/religiya/verite-li-vy-v-sglaz-porchu , http://www.levada.ru/archive/religiya/chelovek-kak-govoritsya-v-biblii-byl-sotvoren-bogom-ili-soglasno-teorii-ch-darvina- , http://www.levada.ru/17-05-2013/obshchestvennoe-mnenie-o-gomoseksualistakh )***Можно еще много интересных результатов привести. Все примерно туда же.Менее всего это может навевать веховские причитания про власть, ограждающую от ярости народной светильников разума. Это когда-то давно так было, раньше, до без царя; а теперь сама власть, ширнармассы и светильники интеллигенции у нас совершенно в одну цену. Ну, допустим, по части того, есть ли сглаз, светильники разума пока еще менее тверды в вере, чем ширнармассы, зато по части поддержки ельцинских реформ наблюдался как будто некоторый противоположный перекос, так что в общем все очень гармонично.По итогам.1. Федеральное собрание у нас, значит, взбесившийся принтер. Отчего нет.А гражданский коллектив у нас тогда взбесившийся кто? Найдется сопоставимый прибор? Принтер там, утюг, что-нибудь еще?И надо ли на этом фоне объяснять качество федсобрания кознями проклятых властей? Козни чинятся, точно. Вот только коллектив такого (не говорю: плохого; на вкус, на цвет... но вот именно такого) качества какое федсобрание может выдвинуть и избрать что при кознях, что без козней?2. И, стало быть, когда на этом фоне меня призывают поддержать ту идею, чтобы судьбу мою и моих соотечественников в меньшей степени решало по своей воле нынешнее начальство, и в большей степени решал по своей воле вот этот самый коллектив (на демокр. выборах при сменя.. и легити...), - то от меня, стало быть, ожидается, что я должен подскочить и, проплямкав, "затем ли разночинцы рассохлые топтали", или что-нибудь из похуже качеством из Быкова, эту идею поддержать.Удивляет меня тут только одно: за что эти люди считают меня таким невероятным идиотом, чтобы я такое выкинул? В 1993 гражданский коллектив приговорил большинством голосов меня и всех прочих к Ельциногайдарочубайсочерномырдинам и их реформам; с 1992/93 он вывел в безусловные фавориты ельцинистов и коммунистов, так что де-факто оставалось бы выбирать между ними меньшее зло; с тех пор он еще ко многому интересному меня приговаривал, пока в 2000-2008 у него вятшие люди, выходцы из него же, избранные им же, не отобрали к чертовой матери приговорилку. После этого из всех утюгов меня призывают поддерживать возвращение ему приговорилки. Ищите дурака.АПДЕЙТ. Можно, конечно, возразить, что кто-де эти опросы и голосования проверял? Голосования фальсифицировало злое начальство, а опросы некорректно провели непрофессиональные и продажные социологи, кто по бездарности искажая действительно, а кто искажая его фальсификациями под заказ того же начальства. Это, конечно, сильное возражение. Оно, правда,  воспроизводит речи, которые я слышу из Минобороны и МВД вот уже почти 30 лет: продажные и падкие до сенсаций журналисты очерняют положение дел в сих сферах, а опросы социологов о недоверии населения к этим институтам ничего не значат, поскольку частью являются следствием злых козней или непрофессионализма социологов, частью же - плодом усилий очернителей.Поэтому я согласен был бы принять это возражение - но уж только в пакете с так же устроенными и столь же обоснованными возражениями начальства. Тогда получится, что и гражданский коллектив хорош и просто оболган опросами и очернителями, и начальство тоже хорошо и просто оболгано опросами и очернителями; против такой картины, конечно, не поспоришь. Но вот селективно применять эту линию апологетики в пользу гражд. коллектива, минуя той же милостью начальство - было бы явной непоследовательностью.По делу же - опросы эти вполне согласуются и друг с другом, и с наблюдаемой во всех щелях реальностью, результаты этих опросов (и приведенных, и не приведенных мной) во многих случаях начальству вовсе не приятны (так что оно их и не заказывало бы). Представить себе, что сверху заказывают показать определенное отношение к Сталину, сотворению мира или сглазу; представить себе, что сверху заказывают высокие цифры недоверия к институтам власти (а они именно таковы по опросам - я же не все опросы приводил); представить, что заказали сверху показать протест против богачей в госаппарате и депутатском корпусе; представить себе, что сверху в апреле и в сентябре 2012 сверху заказали показать большинство голосов за суровость в адрес пусси райот, а летом - наоборот, за смягчение в адрес пусси райот; и представить себе, что все эти заказы власти еще и будут совпадать с тем, что и так невооруженным глазом видно просто по тому, что исходит от людей, тобой встречаемых в сети, и в реале,  и наблюдается по стране в целом как факты и реакции на эти факты - это никак не возможно.  Антироссийский заговор социологов, которые хотели бы все 20 лет дискредитировать российское население, и при этом дискредитировали бы его, отталкиваясь от очень специфических и в стране не распространенных  представлений о том, что именно есть норма, а что кого-то должно дискредитировать  - также кажется мне крайне невероятным. А погрешности в опросах, конечно, могут быть, но что ж все эти опечатки в одну и ту же сторону - и именно ту, которая видна и без опросов ?Апдейт 2. Данный пост ровно ничего не говорит о том, осмысленна или бессмысленна любая оппоз. деятельность, а также  о том, плох или хорош гражд. коллектив как системное целое (и плохо или хорошо начальство как системное целое) в какой-либо шкале морально-этического баллирования. Относиться ли к большинству начальства и/или большинству гражд. коллектива как к черным злодеям, исшедшим из самого ада, или как к обычным людям, не-по-своей-вине-конечно-же-испорченным-квартирным-вопросом, или как к непонятым возлюбленным братьям, или просто как к ангелам Божьим (которые, как известно, тоже несовершенны), или как-нибудь еще - это вопрос, к которому все вышесказанное отношение не имеет. Из вышесказанного  следует не абсолютная (в баллах), а сравнительная/относительная оценка, и оценка не всего на свете и на все времена, а ровно двух вариантов во времена нынешние: нахождение решения общих судеб в руках начальства примерно в той же степени, что и сейчас (вариант 1); существенная передача влияния на это решение от начальства (сравнительно с нынешним уровнем) в  волю гражданского коллектива (как, напр., при реальной парламентской демократии и свободы партийной деятельности на уровне 1993 или 1995 года) (вариант 2). Вариант (2) будет еще хуже варианта (1), только и всего. Реально никакого выбора между вариантами 1 и 2  никто и не предлагает (включая всяких "гражд. оппозиционеров", ратующих за вариант 2 - этот вариант все равно никто не сможет  продавить без гражданской войны, от чего боги упасите,  а "гражданские оппозиционеры" на самом деле вовсе его и не хотят, предложи им его даже мирно). Просто из вышесказанного следует, что не стоит ни горевать о том, что этого выбора никто и не допустит,  ни сочувствовать тем, кто хотел бы варианта 2.Если некто констатирует: "В наше сельпо привозят только сыр Пошехонский, а сыр Российский не привозят - такова самоуправная воля администрации сельпо.  Но не очень-то печальтесь этому, поскольку Российский хуже Пошехонского; и по той же причине не сочувствуйте тем, кто требует заменить Пошехонский Российским"  - и в качестве подтверждения приводит ряд характеристик Российского сыра (подразумевается, что характеристики наличного Пошехонского сыра всем известны и так), -  то из этой констатации нельзя даже вывести того, плохи или хороши оба этих сыра. Может, они оба - венец сыроделия, просто второй так-таки чуть хуже первого. Может быть, они оба - ужас сыроделия. Этого вопроса констатация не затрагивает вообще.
7	http://wyradhe.livejournal.com/318284.html	Nie Mehr новый капитан Врунгель	___	___	Nie Mehr новый капитан ВрунгельНет, это не по закону об охране детей от вредной информации, вступившему в силу в 2012. Тот как раз не распространяется на произведения, имеющие соотв. худ. ценность, а ее определят при надобности эксперты Роскомнадзора.Но по Фед. закону  N 15-ФЗ "Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака" (принят летом этого года), согласно его ст. 16, запрещается:..."1.д) демонстрация табачных изделий и процесса потребления табака во вновь созданных и предназначенных для детей аудиовизуальных произведениях, включая теле- и видеофильмы, в театрально-зрелищных представлениях, в радио-, теле-, видео- и кинохроникальных программах, а также публичное исполнение, сообщение в эфир, по кабелю и любое другое использование указанных произведений, представлений, программ, в которых осуществляется демонстрация табачных изделий и процесса потребления табака".Для детей = для лиц до 18 лет ( http://sibac.info/index.php/2009-07-01-10-21-16/3720--lr--- )Так что старого Капитана Врунгеля показать можно будет, а нового произвести - нельзя.Книжкам и журналам пока послабление, они в закон не попали. Только аудиовизуальные произведения подверглись.Для взрослых сделано небольшое исключение:16.2. "Не допускается демонстрация табачных изделий и процесса потребления табака во вновь созданных и предназначенных для взрослых аудиовизуальных произведениях, включая теле- и видеофильмы, в театрально-зрелищных представлениях, в радио-, теле-, видео- и кинохроникальных программах, а также публичное исполнение, сообщение в эфир, по кабелю и любое другое использование указанных произведений, представлений, программ, в которых осуществляется демонстрация табачных изделий и процесса потребления табака, за исключением случаев, если такое действие является неотъемлемой частью художественного замысла".То есть из новопроизводимых (с лета 2013 года)  кинохроник и документальных съемок для взрослых тоже надо вырезать кадры с табачными изделиями  или курением, если они не являются не какой-нибудь там  просто важной, а именно неотъемлемой частью художественного замысла документалиста.Но ежели  такое действие все же является неотъемлемой частью худ. замысла, то уж надо нейтрализовать таковой вред дополнительным поучением, и - по ст.16. п.3 - "при демонстрации аудиовизуальных произведений, включая теле- и видеофильмы, теле-, видео- и кинохроникальных программ, в которых осуществляется демонстрация табачных изделий и процесса потребления табака, вещатель или организатор демонстрации должен обеспечить трансляцию социальной рекламы о вреде потребления табака непосредственно перед началом или во время демонстрации такого произведения, такой программы".Сейчас федсобрание примет, наконец, штрафы за нарушение этих запретов - ежели новосозданное покажут для взрослых, а оно не неотъемлемо для худзамысла, то допустившие это должностные лица будут штрафоваться на 20 - 40 тысяч рублей, а юрлица - на 100 - 170 тысяч рублей.А если новосозданное с табаком покажут лицам до 18 лет, то тут "штраф составит уже от 20 до 50 тысяч рублей для должностных лиц и от 100 до 200 тысяч для юридических лиц".Кстати, по тому же закону, ст. 16.1, запрещается"а) распространение табака, табачных изделий среди населения бесплатно, в том числе в виде подарков"Возможно, в умах депутатов зрела мысль запретить это распространение  коммерсантам. Но запретили они его вообще. Так что отныне всякий, кто бесплатно даст табачку другому россиянину по его просьбе, нарушит закон. Правда, не знаю, будет ли прописан ли штраф  за _это_ нарушение.
8	http://wyradhe.livejournal.com/318001.html	Ленин герой наш пролетарский	___	___	Ленин герой наш пролетарскийКогда я начало этого произведения случайно услышал впервые, то, учитывая, от кого оно исходит (УральскиеПельмени, г. Мясников), я подумал, что это ни в какие ворота не лезущая по похабству пародия в духе пресловутых плакатов про Рашку Квадратный Ватник. Однако меня немедленно уверили, что писано и исполняется это всерьез и из, так сказать, лучших чувств к объектам воспевания.В таком случае наш нынешний официальный вариант историко-патриотического воспитания ("это-наша-история") обрел, наконец, свое идеальное художественное воплощение. Михалковская эпопея все-таки не дотягивает.Привожу весь текст.Я хочу, чтобы знали дети про великую ту войну,Когда прадеды их и деды защищали свою страну.И если б не то поколение, что сражалось, себя не щадя,То не было бы России, а может, тебя и меня.Мы работали б в каменоломнях,Были б рады прокисшей лапше,Добывали б руду руками для Мерседес, БМВ и Порше,Мы метро бы копали годами из Владивостока в Берлин,Выносили бы землю в ладошках, и звучал бы нам Августин [надо думать, не Августин блаженный, а "ах, майн либер Августин"].И чтобы согреться в морозы, мы бы сами сожгли Москву,Если б прадеды наши и деды не защитили нашу страну!День Победы, День Победы, подарили нам наши деды!За подвиг их великий в той войне должны мы благодарны быть вдвойне!День Победы, День Победы, подарили нам наши деды!И как бы нам достойно так прожитьЧтоб внукам что-то тоже подарить!Но на свете такие есть вещи, ради которых хочется жить,Так же думали ветераны и шли на фронт, чтобы нас защитить.Это Питера белые ночи, красота Золотого Кольца,Это звон колокольный над Волгой, которой не видно конца,Чтоб мы слышали каждую осень над полями крик журавлей,Чтоб мы стали в фигурном катании впереди планеты всей.Чтоб ходили бы дети в школу от Архангельска и до КурилИ Гагарин был в космосе первым,Ростропович бы мир покорил,Чтоб мы были хоккейной державойИ наш балет во всем мире любим,Чтобы гордость переполняла, когда слышишь российский гимнИ "Кавказская пленница" точно не вышла б на телеэкран, [собственно, на киноэкран]Не спел своих песен Высоцкий,Спасибо Вам за все, ветераны!День Победы, День Победы, подарили нам наши деды!За подвиг их великий в той войне должны мы благодарны быть вдвойне!День Победы, День Победы, подарили нам наши деды!И как бы нам достойно так прожитьЧтоб внукам что-то тоже подарить!***Полагаю, что этот текст надо печатать на форзаце всех учебников отечественной истории, которые будут подготовлены по новому стандарту. Независимо от корреляции  с их содержанием и качеством.
9	http://wyradhe.livejournal.com/317771.html	Теперича, когда мы этого надоедалу сплавили...	___	___	Теперича, когда мы этого надоедалу сплавили...После того как надоедалу Навального со всей кампанией "гражданского протеста", наконец, сплавили, начальство звонче огласило список и призвало народ к масштабному проведению нового этапа "неолиберального" реформирования (заложенного, впрочем, еще циклом законов и решений 2010-2012, и тогда же вяло начинавшегося; предыдущий этап имел место в 2000-2005).Основные  направления (приведенные ниже цитаты - из премьера; президент кратко обозначил суть дела в речи на Дальнем востоке про необходимость снижать расходы и затягивать пояса):  - сокращение расходов на здравоохранение и образование; продолжение сокращение числа больниц и койкомест на душу населения, закрытия мелких амбулаторных пунктов и числа врачей; увеличение нагрузки на них; сокращение препод. состава и числа вузов, увеличение нагрузки на этот состав, сокращение доли и числа бюджетных мест в вузах, дальнейшая коммерциализация образования (все это и так идет, но должно ускориться и расшириться; кстати, сейчас отменена привязка цен на общежитие к стипендиям, и их взвинтили в разы - десяток раз, так что небогатое население попросту отсекается от учебы вне родного или ближайшего города); премьер предлагает еще и создание спецсети высшего образования для эк. монополистической элиты за ее счет, но это, думаю, останется утопией.- расширение свободы рук предпринимателей в адрес наемных работников (как в части свободы увольнений, так и в части дальнейшего уменьшения кзотовских гарантий), сокращение господдержки занятости, сокращение числа бюджетников и работников в сферах, поддерживаемых госинвестициями - увольнение их части и увеличение нагрузки на остальных (т.н. "повышение эффективности труда в бюджетном секторе"; "отказ от неконкурентоспособных производств"), попущение широких увольнений в частном секторе и общей широкой безработицы, призванной стимулировать приток более дешевых рабочих рук туда, где им хоть что-то заплатят - оскудение предполагается такое, что оно сгонит значительную часть населения из их городов в другие, хотя в наших условиях нужна совсем основательная бескормица, чтобы вынудить людей к таким переселениям ("Нас ждут непростые времена, и считаю, что именно сейчас, в этот период, нам пора... уйти от политики сохранения занятости любой ценой... Кому-то - это может быть довольно значительная часть населения - придется менять не только место работы, но и профессию, а также место жительства";  "необходимо обеспечить предпринимателям максимальную свободу действовать, проявлять инициативу"  - кстати, пилотный закон 108-ФЗ о резком ослаблении сохранившихся кзотовских гарантий для нескольких специфических групп работников был принят еще в июне);- при различных ближайших телодвижениях в тарифах естественных монополий и коммунальных платежах - в целом (за 2-4 года) выход на их освобожденный рост для населения, а частично и для предпринимателей ("минимизация перекрестного субсидирования в электроэнергетике [т.е. cнижение цен на электричество для крупных компаний при повышении их для населения], постепенная либерализация [внутреннего] газового рынка и введение социальной нормы потребления отдельных коммунальных услуг [т.е. некий весьма минимальный минимум по твердой цене и сколько душа монополиста пожелает - за все сверх этого минимума]"). Учитывая, что все эти тарифы диктуются монополистами (все разговоры о конкуренции в этой области - заведомая вербальная магия), и вся программа сводится не к тому, чтобы их приструнить, а к тому, чтобы расширить их свободу назначать цены населению (сейчас, например, чтобы сделать электроэнергию доступной населению, но не терять желаемого, энергомонополии компенсируются за счет повышенных взиманий с промышленников, это и называется перекрестным субсидированием, которое хотят максимально срезать*) такое освобождение  судит населению много интересного.*Номинальное обоснование: тогда уменьшатся издержки промышленников, и тогда промышленники снизят цены для населения на свою продукцию в ходе конкуренции за потребителя, и население отыграет тем самым возросшие потери на оплату электричества. Все, конечно, поверили в этот компенсаторный механизм. - зато разговоры о том, как гос-во должно уходить из экономики и провести  новый виток приватизации ("убежден, что государственным органам необходимо сконцентрироваться на выполнении своих основных функций. Нанимать негосударственные организации для исполнения остальных функций или полностью уходить из соответствующих сфер... Наша долгосрочная цель состоит в построении меньшего по размерам, децентрализованного, но максимально эффективного государственного сектора") - как обычно, наполовину уйдут в песок (и слава богу): полагаю, что гос-во выкинет на улицу "неэффективные производства", но вкусные куски оставит себе и не будет их приватизировать. Это хорошо ( в основном потенциально); приватизация этих кусков была бы плоха и потенциально, и эт шорт ран.Разговоры про переход на контрактную армию уже даже как плохая шутка не смешны. - направление поддержки мелкого и среднего бизнеса и гарантии их безопасности от верхних - это все, естественно, останется чистой риторикой. Все, что они реально могут предложить мелкому и среднему бизнесу - это не ограждение его от людей государевых, мафий и других бизнесменов, теснее связанных с властями, т.е. не ограждение его от высших и равных, а  лишь развязывание ему рук в адрес низших - т.е. расширение свобод увольнять и повышать норму эксплуатации с дальнейшим ослаблением мешающих этому норм законов о труде.В общем, поэзии Улюкаева - как в прозе (Хорошо было бы, если бы мы вернулись к базовым ценностям XIX века: маленькое правительство, маленький welfare [соцобеспечение], малое количество накапливаемых [государством соц.] обязательств [перед населением], много труда. И это, как мне кажется, залог более или менее нормального развития), так и в стихах (http://wyradhe.livejournal.com/289767.html) планируется обеспечить новую пищу в реальности.По некоторым признакам можно думать, что начальство перестало бояться реакций населения и так уж интересоваться своей популярностью в его глазах, в том числе сравнительно с "оппозицией" - нынешнее законодательство о митингах и пр., о массовых беспорядках, об экстремизме и разжигании ненависти, о "ненавистническом" компоненте в хулиганстве и вандализме, о выборах и пр. + наличие хорошего и многочисленного аппарата принуждения + наличие отлично отлаженной (для соотв. задач) судебной системы + 6-летний през. срок и единый день выборов вполне дают ему основания для уверенности (а всхлипы и играющие желваки печальников по поруганной свободе, социальной справедливости или русскому народу, со стандартными поминаниями 1917 и 1991 года, поднимающейся руки миллионов рабочего /или креативного/ люда и ярма деспотизма, огра... солда... штыка...  разлетиццавпрах - все это начальство могло бы специально слушать и смотреть для возбуждения в себе здорового смеха и аппетита); тем более начальство перестало бояться самой "оппозиции" и того действительно единственно важного для начальства, что за ней частично стоит, а именно своего собственного межначальского раскола. Раскол этот, надо думать, будет преодолен на глазах, поскольку чтобы проводить вышеозначенную политику, желательно начальское единство, а чтобы проводить другую (не наступая на горло собственной песне) - нужны доходы, на которые надеялись, но которых не получили. Следовательно, база для раскола по части того, что лучше делать, сузилась.
10	http://wyradhe.livejournal.com/317690.html	Концепция ньалльэ и воинский этос юкагиров	___	___	Концепция ньалльэ и воинский этос юкагировУ юкагиров есть много слов с корнем ньа(а)- - "плохое, wrong". Одно из этих слов - ньалльэ - употребляется (о чем я сочиняю статеечку, здесь представлю только выводы) в нескольких тесно связанных смыслах.  Вообще говоря, - льэ - именной формант со значением "нечто, проистекшее от того, что названо корнем, сконцентрировавшее то, что названо корнем; "тосковать по кому-то"+льэ = 1) тоска по другу; 2) привет. Т.о., ньалльэ досл. означает просто "скверное, зло"; однако это  слово употребляется как термин со специфическим значением.Значение это, по-видимому - "убийство человека, совершенное не в состоянии необходимой само-/инообороны  от агрессии, начавшейся не по твоей вине [даже частичной]" (если это понимание правильно, то одним из примеров ситуации, где убийство не будет ньалльэ, будет убийство врага в бою, если враг этот не успел отказаться от сопротивления, а сам бой возник не по твоей вине).Фольклорные тексты юкагиров дают нам следующие ситуации:Человек, убивший в бою врага, который отказался от сопротивления или лишился сил (на  момент убийства), совершает ньалльэ, даже если этот враг неспровоцированно напал на него и будет пытаться его убить, если оставить его в покое.Человек, который убил на смертном поединке человека, неспровоцированно вызвавшего его на этот смертный поединок,- убил, хотя в принципе мог бы (благодаря своему превосходству в боевых искусствах) остаться в живых, и НЕ убивая этого противника-зачинщика, а только уклоняясь от всех его ударов, - совершает ньалльэ.Если  человек по приоритетным (для него самого и для юкагирской культуры) этическим соображениям ввязывается в войну на стороне тех, кто хотя бы частично сами были виноваты в начале этой войны, - то (даже если этот человек выступает на стороне соплеменников против иноплеменников) всякое совершенное им на этой войне убийство в дополнительной степени окажется ньалльэ [кроме, возможно - хотя не обязательно, - убийства, совершенного в состоянии непосредственно необходимой само- и инообороны].Является ли во всех подобных случаях убитый соплеменником или иноплеменником, пусть даже сколь угодно враждебным агрессором-иноплеменником - его убийство в равной степени остается ньалльэ.Всякое такое ньалльэ  по юкагирскому воинскому этосу -  само по себе скверное дело, и желательно его избегать. Кто сумел его избежать, не нарушив более важных этических обязательств, - тот заслуживает особого почета и вправе особенно гордиться собой.Есть, однако, обстоятельства, в которых можно или даже нужно идти на ньалльэ - если этого требуют более важные этические соображения или достаточные для такого требования соображения безопасности.Например, некий богатырь, всю жизнь крайне заботившийся о том, чтобы не совершить никакого ньалльэ (ради этого он даже отселился от всех и живет отшельником с двумя женами, так как живя вместе с другими, трудно оградить себя от ситуаций, когда твои этические/корпоративные обязательства потребовали бы от тебя ввязаться в схватку, где ты совершишь  ньалльэ), все же столкнулся с ситуацией, когда надо было выбирать: спасать ли угнанных чукчами в рабство близких его родственника (с которым эти чукчи смертельно враждовали), или оставить их чукчам на погибель - притом, что сам конфликт между чукчами и этим родственником начался не без вины последнего. Указанное обстоятельство сделало бы убийства в грядущей борьбе за спасение этих близких убийствами-ньалльэ; кроме того, чтобы спасти этих близких, уйти с ними живыми и обеспечить им и себе дальнейшую безопасность, крайне желательно было бы истребить множество пленивших их чукч вне необходимой самообороны (а просто чтоб некому было преследовать, вызвать подмогу, потом приходить с местью), т.е. совершить ньалльэ. Богатырь без колебаний делает этический выбор в пользу похода за спасением упомянутых близких его родственника, но выбор этот для него тяжек, он очень ярится, что поведение родственника вызвало всю эту историю и поставило его перед этим выбором, и высказывает родственнику такую позицию: если бы эти чукчи убили твоих близких, а не похитили их, и некого было бы уже спасать, то я бы ни за что не стал помогать тебе против этого стойбища чукчей и совершать ньалльэ, но раз они все же живы и их можно спасти, то я пойду с тобой на этих чукчей и помогу тебе; таким образом из-за тебя [тем более поскольку сам твой конфликт с этими чукчами возник не без твоей вины] все же придется мне совершить ньалльэ; я это сделаю, но после этого никогда больше не обращайся ко мне, после того как мы закончим дело, я не желаю тебя больше знать. Богатырь этот в глазах юкагиров - однозначно положительный герой.В другом случае  два юкагирских героя, ведущих возникшую без их вины войну с другими чукчами, схватываются с врагом-чукчей. Тот, получив тяжелую рану, отказывается от дальнейшей борьбы  и просит убить его побыстрее. Его убийство целесообразно и оправданно (что еще с ним делать, тем более, что вражды он не оставляет, а рана неисцелима), но окажется ньалльэ - ведь это будет убийство беспомощного и подставившего себя под удар врага. Тогда один из героев выступает перед другим с такой позицией: ты еще молод, ты еще не брал на себя ньалльэ, а я уже много их совершил; поэтому и это ньалльэ я возьму на себя, а ты, раз уж тебе повезло до сих пор не совершать ньалльэ, и сейчас останься чистым от них.Ньалльэ, таким образом, всегда является бременем на совести, но не всегда - пятном на совести. В последнем случае (бремя, но не пятно) его можно сравнить с уничтожением в воздухе пассажирского самолета, захваченного террористами, которые с пороговой вероятностью могут обрушить его на какой-то объект, вызвав этим еще намного большие потери невинных. Ближайший  по смыслу перевод ньалльэ - "тягостное убийство", "обременяющее совесть убийство" &gt;&gt; "тяжко обременяющее совесть дело" (не обязательно неправое - но всегда долженствующее считаться нежеланным). Вероятно, и месть за незаслуженное оскорбление могла быть оправданием для совершения ньалльэ в адрес оскорбителя.Снять с себя ньалльэ было, по-видимому, невозможно. Согласно фольклору, никаких обрядов очищения от ньалльэ или его искупления не проводят даже герои, крайне сожалеющие о том, что им пришлось его совершить. Именно так обстоят дела в приведенных мной сюжетах. Вообще, если бы ньалльэ можно было снять с себя обрядом, то ни  герою первого сюжета не было бы нужды так огорчаться и ожесточаться из-за того, что ему все же придется и пришлось на старости лет совершить ньалльэ (хотя ранее он, к своей гордости, этого избегал), ни  герою второго сюжета не было бы нужды так оберегать товарища от совершения им первого в его жизни ньалльэ: ведь их можно было бы снять. Но в обоих этих случаях совершение ньалльэ рисуется как акт необратимый. Это  и понятно, поскольку ньалльэ, судя по всему - этическое, а не ритуальное понятие. Для ритуальных грехов существуют другие слова.Весьма вероятно, что могли существовать обряды (хотя они нигде не упоминаются, но источники и не дают полной сводки юк. ритуалов), которые оберегали бы человека от мести духов или людей за то или иное совершенное ньаллэ. Но очиститься от самого ньаллэ было невозможно.Вторичные, расширенно-переносные значения ньалльэ - а) любое убийство (например, убийство зверя на охоте; ничего этически тяжкого или скверного в нем, конечно, нет, никакой тяжести на совести оно не образует, никто не будет яриться, как вышеназванный богатырь, если его втянут в охоту, где ему предстоит убить добычу); б) любая скверна, ложащаяся на объект (например, "ньалльэ железы" = опухоль железы, "выскрести ньалльэ" = очистить рыбу или что-либо иное от нечистого или непригодного на поверхности соответствующего объекта, обычно - ободрать рыбу, очистив ее от всего непригодного в пищу, т.е. от скверного или нечистого для приема в пищу).Рафинированная концепция ньалльэ - одна из многих очень неожиданных для присваивающих культур (по сложности) и вообще для человеческих культур (по стоящему за ней отношению к агрессии и признанию определенной ценности любой человеческой жизни - даже если это жизнь агрессивного врага-иноплеменника!) черт юкагирской культуры.
11	http://wyradhe.livejournal.com/317009.html	Интересно, что все-таки сказал министр Топилин?	___	___	Интересно, что все-таки сказал министр Топилин?О желательности ликвидации бесплатного здравоохранения для [части] не работающих без уважительной причины?http://www.rg.ru/2013/09/24/pensionery-site-anons.htmlОт прессы, как обычно, толку не добиться, - сдается, что не для того в РФ журналисты освещают какой-то вопрос, чтобы объяснить читателю, в чем, собственно, дело. Как правило, они и сами этого не знают и не видят в этом никакой беды. В то же время идея лишить права на бесплатное здравоохранение домохозяек, крестьян, работающих на самих себя, или собственников, живущих на доходы от их собственности, вообще людей, не продающих никому свою рабочую силу и труд на постоянной основе - эта идея пока (и в ближайшие эн лет) слишком экстравагантна, чтобы ее озвучивал министр.Идея лишить такого права тех, кто показывает себя неработающими, а на самом деле работает  и получает за это оплату, с которой не платит налогов, среди родных осин уже вполне могла быть высказана, но интересно, в какой именно форме.Вообще, что бы он ни сказал, от любых таких речей до закона в РФ дистанция очень велика; просто интересно, что он все-таки сказал.
12	http://wyradhe.livejournal.com/316723.html	Великое примирение сторон	___	___	Великое примирение сторонТ. Илья Пономарев (внучатый племянник канд. в члены ПБ Пономарева, видный менеджер ЮКОСА, в КПРФ до 2007, затем в СР, большой поклонник генерала Пак Чжон Хи, сотрудник ИНСОРА, активнейший медведевец, жутко левый, противник капитализма,  виднейший белоленточник, лоббист закона о начальной интернет-цензуре [№ 139-ФЗ от 28 июля 2012]):  "Путин [на Валдае] был расслаблен, абсолютно свободно общался с аудиторией и хорошо ей владел. Но главный вопрос для меня – вопрос по поводу «болотного дела». Я ему сказал в лицо о том, что было бы хорошо, если бы он сам для себя внутренне сказал бы, что «война закончена, победа на выборах уже одержана». Молодежь, которая, может быть, где-то и перегнула палку в протестах, – это точно не отъявленные уголовники. Люди находятся полтора года в следственных изоляторах. Они уже понесли наказание. И такой акт амнистии был бы очень правильным....  Навальный решает только вопросы о своей личной свободе.... Недавние похвальные заявления Навального о деятельности Путина до 2003 года подтверждают то, что Навальный не хочет менять систему. Потому что до 2003 года Путин занимался тем, что строил контуры своей системы власти. Именно в этот период были приняты Бюджетный кодекс, Налоговый кодекс, Трудовой кодекс – все то законодательство, которое определяет сейчас лицо современной России, с чем борется левая оппозиция в Госдуме и на улицах и против чего, собственно, выступают наши сторонники [Я так и понял, что когда Пономарев ]. Для меня совершенно очевидно, что Алексей Навальный менять этого не хочет – он хочет сам сесть на место Путина, никакой другой цели у него в жизни нет... Убежден, что новой протестной волны не будет..... Представители оппозиции точно будут входить во власть.."Т. Ройзман - Куйвашеву (злому демону проройзмановской пропаганды, Главному Местному Врагу, Главному Преследователю Аксаны Пановой) на том же Валдае:  "&lt;&lt;Евгений Владимирович, я при всех готов подать Вам руку и сказать, что я готов работать. Давайте обнулим ситуацию&gt;&gt;, — сказал Ройзман, обратившись к губернатору. После этого он встал со своего места, подошел к губернатору, и они пожали друг другу руки под аплодисменты зала".Т. Сурков обратно назначен в Кремль (правда, это разом и  добрым молодцам урок - совсем не та уже должность. Ну, так и Сенусерт I, простив и пожаловав Синухета, пожаловал ему все-таки имение какого-то репрессированного вельможи, которое нарочито оставили запустевшим, а для Синухета  специально привели в порядок, - а не новое имение с иголочки).А что не мириться на условиях леонтьевской "цветущей сложности", оно же цветущее неравенство, о которой президент говорил на том же Валдае:).  И в условиях, когда все действительно закончено.Вопрос чисто академический: когда Навального после игры будут опять убирать в коробочку, откуда достали в июне-июле, крышечкой у коробочки будет условный срок или реальный?(Кстати, следующая стадия работы с населением после той, что опробована в прошедшей московской изб. кампании - это уже такая:по ТВ выступает Самое Большое Начальство - допустим, Сидоров П.П. И говорит сначала басом: "Все сторонники действующей власти - голосуйте за меня, главного деятеля действующей власти государственников и патриотов, (особенно густым басом) Сидорова П.П!" А потом фальцетом: "А все противники действующей власти - голосуйте за меня, несокрушимого борца с проклятой властью жуликов  и воров, (особенно тонким фальцетом) Сидорова П.П.!"И в бюллетенях писать две фамилии: Сидоров П.П. жирным прямым шрифтом - как кандидат от партии власти, Сидоров П.П. тонким курсивом - как кандидат от радикальной оппозиции.И страшные перебранки в сети: - Ты, портянка, продавшаяся Кремлю, как тебе не стыдно выступать за Сидорова? - Нет, это тебе, оранжевому агенту Госдепа, как не стыдно выступать за Сидорова?Что, собственно, мешает одному и тому же человеку быть разом главой режима и главой радикальной оппозиции и ненавистников режима? Ничуть не большее этому мешает, чем мешало бы сочетать то, что  так удачно сочетает И.  Пономарев. А что мешает радикальным противникам режима голосовать за главу режима? Ничуть не большее этому мешает, чем мешало бы им голосовать за Навального или ходить на Болотную.
13	http://wyradhe.livejournal.com/316543.html	Что за чудеса, англичанин в Тегеране провалился! И нашелся...	___	___	 Что за чудеса, англичанин в Тегеране провалился! И нашелся...Новейшая английская историография гибели Грибоедова не перестает меня радовать; краше ее только советская, а советской краше только персидская. Лоренс Келли, автор монографии  Diplomacy and Murder in Tehran: Alexander Griboyedov and Imperial Russia's Mission to the Shah of Persia (London, 2002), цитирует рапорт Рональда Макдональда 1829 года о тегеранском деле, впервые опубликованный Ивлин Харден (по англ. архивам) в: The murder of Griboedov: New materials. Birmingham, 1979. Но цитирует он его не по публикации Харден, а в обратном переводе на английский с  русского перевода кусков этого рапорта, сделанного Леонидом Аринштейном в его работах об убийстве Грибоедова (сами работы развивают теории английского заговора, перевод сделан не по публикации Харден, а по копии его, переданной англичанами русской стороне еще в 1829) - каковые работы Келли полемически разбирает.При этом по-русски Келли читает так, что Рональд Макдональд в его передаче сильно отличается от исходного.Исходный Рональд Макдональд пишет: "His Exellency, the Envoy,  was making arrangements for his departure, when on or about the sixth day before he met his untimely fate, Meerza Yacoob, 2d. Eunuch of the Kings Harem, and a person of considerable influence, coming to his house, claimed..."  (Harden 1979: 20) [Его Превосходительство Посланник делал приготовления к отъезду, как вдруг в шестой день или около шестого дня до того, как он встретил свою безвременную судьбу,  мирза Якуб, второй евнух царского гарема и личность весьма влиятельная, придя к русскому Посланнику, потребовал...].В переводе Аринштейна: "Его Превосходительство Посланник уже готовился к отъезду, как вдруг за шесть или около шести дней до того, как он встретил свою безвременную кончину, произошло следующее: мирза Якуб, второй евнух шахского гарема, личность очень влиятельная, пришел к русскому Посланнику и потребовал..." (Аринштейн Л.М. Персидские письма по поводу гибели Грибоедова // А.С. Грибоедов. Сборник научных трудов. Л., 1989: 109)Кроме появления неясности с датой, отсутствующей в выражениях оригинала (формулировка "в шестой день до" гибели означает, что между соответствующими числовыми датами была разность в 5 дней, формулировка "за шесть дней до" - что эта разность была не то 5, не то 6 дней; впрочем, неопределенность, задаваемая тут же стоящим оборотом "или около того"  эту неясность в любом случае покрывает), все остальное переведено точно. В обратном "переводе" Келли (Kelly 2002: 213): It [статья Аринштейна] also includes the report of Captain Ronald Macdonald following his visit to Tehran after the events: "All was well, until about six days before his departure. Mirza Yakub, second Eunuch and Treasurer to the Shah, appeared, and claimed..." [Все шло хорошо до момента примерно за шесть дней до его отъезда. Мирза Якуб, второй евнух и казначей шаха, явился и потребовал] - причем, как видим, Келли подает это как цитату из доклада Макдональда, данную по включающей эту цитату статье Аринштейна - хотя это скомканное переложение русского перевода этой цитаты, вдобавок перевравшее "шестой день до гибели" в "за шесть дней до отъезда"! Еще поразительнее, что Келли на полном серьезе заявляет (с.219-220), что против версии о причастности англичан, оказывается, говорит "любопытное молчание [на этот счет] всех современных [событию] русских источников, включая единственного выжившего, Мальцова". Далее разъясняется, что lengthy report  Мальцова перечисляет причины убийства Грибоедова, но никаких подозрений в адрес англичан не высказывает, хотя казалось бы, кому как не ему...Диву даешься: Келли, стало быть, помнит только ОДНО из донесений Мальцова в русское мининдел (первое, номер 5 - потому и report в ед.ч.), в котором он действительно про англичан ничего не говорит. Но Мальцов в следующих донесениях, написанных в те же дни, продолжает свое lengthy повествование (в первом донесении он описывает события, в следующих как раз высказывается об их возможных причинах),  и в одном из них как раз высказывает подробно свое убеждение, что англичане и их адский заговор и вызвали убийство Грибоедова! Причем соответствующий текст Мальцова был атрибутирован ему, процитирован  и разобран Ивлин Харден в ее монографии 1979 года (p.58), а на русском языке публиковался много раз (с прямым указанием авторства Мальцова), в последний раз в 1995 году в очередном томе документов внешней политики России (Внешняя политика России XIX и начала XX века: Документы Российского министерства иностранных дел. Т. 16. М., Межд. отн., 1995: 149-151), а в российской историографии 19-20 веков многократно описывалось убеждение, высказанное в современных событиям "русских источниках" (начиная с Мальцова и Паскевича!), в том, что тут англичане еще как при чем.***Сама Ивлин Харден, обнаружив в английских архивах упоминания того, что какие-то англичане Trevilian и Alcock были в Тегеране в 1829 г. и в письмах сообщали подробности об убийстве Грибоедова посланнику Макдональду в Тавриз (а в Тегеране их приветил персидский мининдел Мирза Абул Хасан-хан, оказав им почетный прием), задается вопросом, кто это такие (она не нашла об этом никакой информации) и когда они прибыли в Тегеран - не до убийства ли? А если да, то какова могла бы быть их роль? Вопросы эти могут быть сняты. 1. Коль скоро мининдел Персии их принимал почетно, то, значит, визит их не был тайной; между тем и Мальцов, и Паскевич твердо указывали, что ни одного англичанина в Тегеране во время пребывания там Грибоедова и во время его гибели не было - стало быть, прибыли эти двое в Тегеран позже. 2. И в самом деле, таинственный ALcock оказывается не таинствен - он даже издал книжку об этом самом своем путешествии: Thomas Alcock. Travels in Russia, Persia, Turkey, and Greece, in 1828-9. London, Printed by E. Clarke, 1831 - где повествует и о своем приезде в Тегеран ПОСЛЕ убийства Грибоедова, и о том самом приеме, который ему оказал персидский мининдел... 3. С Тревельяном не все так навскидку находится. Можно было бы предположить, что это знаменитый Charles Edward  Trevelyan, гайдарочубайс старого доброго фритредерского образца, учился лично у Мальтуса в колледже будущих служащих Ост-Индской компании, в 1826 поступил на службу в Ост-Индскую компанию, а позднее, в пору великого ирландского голода (когда вымерло более миллиона ирландцев; по тогдашней своей должности в казначействе Тревельян был причастен к дохлой правительственной программе  помощи голодающим, хотя сам считал, что никакой такой программы вообще не должно быть), прогремел разъяснениями о том, что голод полезен как средство уменьшения избыточного населения, что Господь голодом по заслугам проучил Ирландию, каковой урок не следует слишком смягчать, и что истинная проблема не в физических бедствиях ирландцев от голода, а в скверной иждивенческой и прочей неподобной морали ирландцев. Позднейший барон Тревельян указывает, что из колледжа на службу в Ост-Индскую компанию Чарльз Тревельян хотел ехать через Персию, но компания ему отказала в таком маршруте, и он поехал морем (Having been refused permission by the Company to make his way to India through Persia and Baluchistan, he arrived in Bombay by sea in June 1826, contented himself with riding from Bombay to Madras and reached Calcutta in October - Humphrey Trevelyan. The India we left: Charles Trevelyan, 1826-65.  L., 1972, p.27) - может быть, зимой 1828-29 все-таки в Персию попал? В: Journal of the Society of Arts, 25 (1877), p.336, приводится воспоминание Чарльза Тревельяна о том, что году этак в 1832 или 1833 он проживал в Персии (was residing in Persia) и там познакомился тогда с Артуром Конолли и они решили написать вместе записку о торговле в регионах к северо-западу от Индии (Sir Charles Trevelyan remarked that his experience was so old that he feared it was not worth having, but it might be interesting  in the way of establishing a point of comparison between the present time and his earlier days. In the year 1832 or 1833, he happened to pay a morning call on a friend in the place where he was then residing in Persia, and sitting in the room was a very handsome- looking gentleman, with a black moustache and long flowing beard, in the Persian dress. He salaamed to him, and entered into conversation in English with his friend, when, to his great astonishment, the supposed Persian joined in the conversation in excellent English. He said to him, " Dear me, who are you? " to which he replied he was Lieutenant Connolly — Arthur Connolly — and had just arrived by the overland route from the Bokhara Pass. He invited him to his house, and having been previously much nterested in the subject of our trade with the north-west, on the arrival of such a guest, who was also much interested in the question, he arranged with Lieutenant Connolly that they should prepare a joint memoir on the subject, Lieutenant Connolly taking the military part, and he the commercial part of the question, and for some two or three months he went into the matter  in very great detail, and obtained all the information possible, and in due course presented their memoir to Lord William Bentinck, who was very much interested in it, and said ... ). Но память подвела Тревельяна в дате: он познакомился с Конолли раньше, поскольку в 1831 они уже издали в соавторстве записки - несомненно, эти самые! - о торговле в краях между Индом и Каспием, лежащие в англо-ид. архиве (http://archive.is/zE63d : L/PS/19/26 Papers on the Trade of Afghanistan and the neighbouring countries (Country between the Indus and the Caspian), by Mr CE Trevelyan and Lt A Conolly, 1831 ). Таким образом, residing in Persia Тревельян, как видно, был еще до 1831, что вполне согласуется с его появлением в Тегеране весной 1829... Был еще капитан Тревельян из бомбейского инженерного (потом артиллерийского) корпуса в 1830-х гг. в Индии, к 1856 полковник, потом генерал-майор. В любом случае поиски начинать надо было бы с этих Тревельянов.P.S.Мне кажется, информация о Тревельяне и Алкоке могла бы быть интересной самой Ивлин Харден - если, конечно, за эти годы она давно не выяснила все куда подробнее сама (в 1979 это было выяснить - не считая информации о Томасе Олкоке - исключительно трудно, в эру интернета, архиворга и гугльбуксов  требует часа поисков). Но о ней я, как ни бился, не выяснил ничего, кроме того что Evelyn Harden работала в Simon Fraser University в Канаде, что она вышла в отставку, но получила грант от Университета на подготовку к изданию бумаг Уистлер - тема, которая ей давно разрабатывалась - и в 2013, слава Богу, была жива и работала по этому гранту ( http://www.sfu.ca/retirees-forum/pdfQiIfUNh1VU.pdf ). Однако никаких ее координат мне выяснить не удалось (не считая мэйла ее покойного мужа, по которому уже после его кончины предлагалось слать соболезнования его семье). Со своей стороны попробую их выяснить путем переписки с подразделением в  s.F. U, где она работала, но если среди читающих эти строки окажется человек, знающий ее/ ее мэйл (всякое бывает), и если последний не носит закрытого характера, то прошу о любезности не отказать сообщить мне его.
14	http://wyradhe.livejournal.com/316269.html	История о "перехвате почты Грибоедова"-2	___	___	История о "перехвате почты Грибоедова"-2В лучшей, по-моему, сводной биографии Грибоедова, пера Екат. Цимбаевой, передаются тем не менее тезисы, которые правильными признать практически невозможно. Один из них - это тот тезис, что коль скоро Паскевич и Петербург узнали о состоявшемся отъезде Грибоедова из Тавриза в Тегеран лишь из извещений о его гибели, а из Тегерана от него вовсе не получали известий (в то время как русский чиновник в Тавризе Ваценко, Нина Грибоедова в Тавризе и англ.  посланник Макдональд в Тавризе же корреспонденцию от Грибоедова по отбытии его в Тегеран и из самого Тегерана получали), а между тем предполагается, что Грибоедов и его миссия непременно должны были писать и Паскевичу, и в Петербург о своем убытии в Тегеран и о своих делах в Тегеране, - то, значит, извещения эти где-то (в Тавризе?) перехватывались и не пропускались.Выше ( http://wyradhe.livejournal.com/315431.html, ближе к концу) было выяснено, что о намерении Грибоедова в ближайшее время, на днях, убыть в Тегеран было известно из его писем и Паскевичу, и министерству в СПб (а министерство его еще и понукало), и Булгарину в СПб, а служебное письмо, отправленное Грибоедовым уже с дороги в Тегеран (место отправки в нем проставлено) Ранненкампфу, отряженному Паскевичем на демаркацию русско-персидской границы и поддерживающему с ним связь, дошло по назначению беспрепятственно. Из последнего видно, что никакой программы по перекрытию известий от Грибоедова в русские пределы о том, что он  убыл в Тегеран, никто не проводил и, как увидим сейчас, не имел бы шансов провести: Грибоедов отсылал с дороги письма с разными нарочными и оказиями, что же, их всех перехватывать? Это и невозможно, как лишний раз видно из письма, дошедшего к Ранненкампфу, и ненужно, потому что приезд Грибоедова в Тегеран был запланирован заранее, и из СПб его даже и понукали на это.Но, быть может, перехват наладили потом, чтобы от Грибоедова и его посольства дальше Тавриза, в Россию не ушли бы сведения из самого Тегерана?Думать так нет надобности, потому что из писем Грибоедова в Тавриз (жене Нине и Ваценко) по пути в Тегеран известно, что он должен был для их отправки пользоваться обычными персидскими почтовыми курьерами (которым не доверял) или оказиями - перемещениями попавшихся ему русско-подданных из Тегерана в Тавриз. Но диппочту он, конечно, не доверил бы ни тем, ни другим. Окончательно дело проясняет отношение от Нессельроде Паскевичу номер 1983 от 10.12.1828 о том, как наладить почтовое сообщение с Грибоедовым в Тегеране (Нессельроде не знал, что Грибоедов туда выехал, но знал, что вот-вот должен будет отбыть и, если не случится чего-то непредвиденного, давно отбудет к моменту получения его отношения Паскевичем). В отношении (опубл. в Акты, собранные Кавказской археографической комиссией. VII. Тифлис 1878, с. 666) говорится, что:- почтовая линия из казачьих постов тянулась лишь до Аббас-Абада, и пересылка любой корреспонденции далее в Тавриз и в Тегеран (и оттуда, соответственно, в Россию), могла производиться лишь с нарочными;  Нессельроде  поэтому настоятельно просит Паскевича учредить постоянную почтовую линию от границ России до Тегерана, но и то не сразу учредить - а прежде известить его, Нессельроде, считает ли Паскевич такую меру разумной, или находит нужным "иначе учредить наши постоянные сношения с Тегераном" (конечно, если Паскевич считал бы такую меру разумной, он мог бы заняться учреждением почтовой линии сразу по получении этого отношения).- эту постоянную почту Нессельроде просит установить "один раз в месяц" и следующим образом: чтобы имелся  постоянный курьер, который ездил бы от Аббас-Абада через Тавриз в Тегеран и обратно: в первых числах каждого месяца доезжал от Грибоедова из Тегерана через Тавриз в Аббас-Абад, сдавал тамошнему казачьему посту всю русскую почту из Ирана (из Тегерана и Тавриза), принимал у этого казачьего поста корреспонденцию для русских в Иране и ехал с ней обратно через Тавриз в Тегеран. (После чего тот же курьер или его сменщик ехал бы обратно, и... Таким образом, на каждый конец от Аббас-Абада до Тегерана Нессельроде для курьера клал две недели - срок реальный). В случаях же, "отлагательства не терпящих", можно было бы, отмечает Нессельроде, отряжать чрезвычайных курьеров (в то время как до сих пор только такими нарочными и можно было посылать почту вообще).Из всего этого, в частности, видно, что Нессельроде настоятельно добивался от Грибоедова, чтобы тот имел в Тегеране _постоянное_ местопребывание. Всю эту почту Нессельроде предлагает наладить "для скорого получения известий о событиях в Персии, а равно и для содержания нашего министра в Тегеране в известности об общем ходе дел в Европе" - но это значит, что по Нессельроде Грибоедов должен был бы сидеть в Тегеране и к моменту учреждения этой почты, и в следующие месяцы. О том же говорит формулировка "полагаю необходимым... учредить между Тегераном и нашею границею постоянную почту, один раз в месяц, таким образом, чтобы в первых числах каждого месяца приезжал в Аббас-абад от с.с. Грибоедова курьер, который", обменявшись с казачьим постом пакетами, затем "ехал бы обратно в Тегеран" - стало быть, с.с. Грибоедов мыслится тут месяц за месяцем сидящим в Тегеране.В таком случае спрашивается: а с кем и зачем бы стал бы Грибоедов с дороги в Тегеран и из Тегерана слать депеши Паскевичу и в Петербург? Сам Нессельроде  идеальной считает на будущее, по учреждении искомой почты, ситуацию, когда Грибоедов что-то слал бы ему раз в месяц; неужели Грибоедов  хотел бы сноситься с любимым министерством чаще? Нет, он уж точно хотел бы переписываться с Нессельроде еще реже, чем хотел бы этого сам Нессельроде, а никаких требований на эту тему от министерства и вовсе не получал - так чего ради он стал бы сам забегать вперед, посылая что-то в СПб хотя бы раз в месяц? Ведь министерство даже в будущей ситуации, по учреждении постоянной почты, желало бы лишь, чтобы Грибоедов писал ему раз в месяц; сейчас, до учреждения почты, оно, значит, и этого не ждет - так чего ради Грибоедову писать ему сейчас чаще, чем хоть раз в месяца два с лишним, если ему самому, Грибоедову, это не необходимо?Далее, С КЕМ бы он эти посылки устраивал? У него было 16 казаков в конвое из Тавриза в Тегеран; никого, кроме нарочных ни из Тавриза, ни из Тегерана посылать в Россию было нельзя. Не с персидскими же курьерами и не с оказиями случайными посылать должностную почту! А отряжать всякий раз по человеку - да ведь желательно и не по одному же человеку (возможные болезни курьеров и необходимости обороны от лихих людей никто не отменял, а дипломатическую почту надо охранять и обеспечивать ее доставку, если уж вообще ее отправлять!) - с кем останешься? Наконец, казаки не очень для этого и подходили: курьер из Тегерана (или Тавриза) в Россию все-таки  должен хотя бы разбираться в маршруте и кое-как говорить по-персидски, или же иметь при себе толмача...Иными словами, отправлять что-то Паскевичу или министерству в Россию по выезде из Тавриза Грибоедов мог бы только в каком-то чрезвычайном необходимом случае или по очень большому желанию. Ни того, ни другого у него не было. Желания у него еще и потому быть не могло - не только большого, но и никакого - что министерство, как мы видели, хотело, чтобы он сидел  в Тегеране постоянно, а он и поехал туда с неохотой и задержкой против понуканий и ожиданий министерства, и сидеть там постоянно не собирался - как известно из нескольких источников, он приехал туда недели на три (в полную противоположность желаниям начальства), заранее планируя скорый отъезд и утвердив эту идею у шаха.  При таком расхождении с министерством у него тем более не могло быть желания писать дорогому министерству (соотв., и Паскевичу), да еще писать даже чаще, чем само министерство в душе желало бы - да еще не сейчас желало бы, а на будущее по учреждении постоянной почты.В самом деле: если уж писать в министерство, что, мол, я выехал в Тегеран, то надо и писать, на какое время там планируешь оставаться; то же относится к корреспонденциям из Тегерана. Но Грибоедов хотел уехать из Тегерана быстро, а министерство хотело, чтоб он там сидел постоянно. Какой же смысл лишний раз писать в министерство (или Паскевичу, сносящемуся с министерством) о вещах, по которым с этим самым министерством у тебя конфликт?  Какой смысл вообще писать неприятным тебе людям с такой-то частотой, если тебе переписка с ними по определению ничем не поможет (а разве что помешает), а сами они от тебя  и не требуют писать с этой частотой?Вообще, его сунули в персидскую банку со многими пауками -  неспокойную и раздрызганную, озлобленную разгромом и Туркменчайским миром и думающую, стоит ли идти на фоне русско-турецкой войны на Турцию с Россией, или на Россию с Турцией, или сидеть смирно, - с менее чем полусотней человек военной силы (если в конвой в Тегеран он взял 16 казаков, то уж в Тавризе осталось не больше) и таким отсутствием связи, что пересылаться с Россией с обеих сторон приходилось нарочными курьерами - и после этого он должен был рваться почаще отчитываться перед мининдел, с которым и в переписке-то (правда, с Родофиникиным, а не с самим министром) не всегда скрывал своего отношения к нему?Таким образом, Паскевич и министерство в России, скорее всего, потому не получали известий о том, что миссия делает в Тегеране, что она им ничего об этом и не писала. Грибоедов отправил Ранненкампфу депешу по демаркационному делу с дороги в Тегеран - и на этом перестал писать что-либо в министерство или людям Паскевича и Паскевичу. А Амбургер, оставленный консулом в Тавризе, не имел никаких оснований посылать помимо Грибоедова кому-либо в Россию доклады о том, что Грибоедов делает - тем более, что  у него с курьерами была та же ситуация.Так что вся история с перехватом писем - скорее всего миф, основанный на ожидании того, что Грибоедов-де непременно должен был часто писать в министерство или Паскевичу, а Амбургер из Тавриза - сообщать в Россию о деятельности Грибоедова. На деле: 1. даже само министерство на будущее, в ситуации по учреждении постоянной почты, ждало из Тавриза и Тегерана корреспонденции всего лишь _раз в месяц_. 2. До учреждения почты оно не ожидало и того. 3.  А Грибоедов не хотел бы удовлетворять даже и его ожиданиям и желал бы отчитываться ему как можно реже. 4. А в Тегеран он явился недели на три, то есть на срок гораздо меньший, чем та частота, с которой даже в самом министерстве ожидали от него вестей.  5. А технических возможностей отправлять диппочту у него было очень мало.Так что...(Еще более яркий миф в биографии Грибоедова пера Екат. Цимбаевой  - это история о том, что посылкой его в Персию император наказал его за смелую выходку в пользу декабристов на аудиенции у него, императора. Для этого пришлось сконструировать дополнительную такую аудиенцию - в конце апреля 1828 года - и сильно нарушить известный нам ход событий. Этот сюжет еще будет нами разобран).
15	http://wyradhe.livejournal.com/316104.html	Старые добрые друзья по 14-му	___	___	Старые добрые друзья по 14-муРанее для меня было вопросом: 600 тыс. голосов в Мкс за Навального против 800 тыс. голосов в той же Мск за Прохорова на презвыборах 2012 - это тот же самый электорат, или нет (напр., с существенным сдвигом). Благодаря составителям электоральных карт (заметившим открывающуюся из них закономерность) ответ на этот вопрос известен твердо: да, тот же самый, - да и общий характер нашей "гражд. оппозиции" можно считать установленным весьма надежно. Это (за исключениями, хоть и многочисленными, но не влияющими на общую картину) действительно все те же крайне правые (употребляю этот термин в том же смысле, в котором его употребляли люди, назвавшие себя "Союзом Правых Сил" и "Правым делом", в каком его употребляет Прохоров и т.д.), старые добрые гайдарочубайсовцы и терпимые к ним / благоприятствующие им лица, разногласия коих с действующей властью реально (а не в их представлении) - сугубо внутрибольшевистские разборки на тему о том, должна ли ВКПб ездить на всей стране верхом на основах внутрипартийной демократии, или параллельно этой езде ее и саму должен застраивать и взнуздывать до такой-то степени единоличный вождь или несколько вождей. Вот эти самые карты (взятые из сети, из разных источников). Три карты справа - это престижность и цены на жилье по Мск.Можно отметить одно изменение. Если раньше этот электорат голосовал все-таки за реальную ультраправую оппозицию внутри того (крайне) правого лагеря, который властвует в стране с исхода 1991 г., то в 2012 и 2013 он голосует за символические муляжи  такой оппозиции, лежащие в коробочке той самой власти, против которой она  "оппозиционирует", доставаемые из этой коробочки самой властью специально для соотв. игр и укладываемые обратно все той же властью по ее усмотрению по окончании оных же игр ( Прохоров на мятежника против путинской вертикали похож не больше, чем на Волочкову, а Навальному, даже независимо  от всего прочего, такую коробочку образовывали и образуют муниципальные голоса и уголовные дела ). Иными словами, на фазе 1993-2004 наши крайне правые друзья желали воздействовать на власть, а в 2012-2013 они желали хотя бы почувствовать себя ее оппонентами (с тех же позиций) в рамках фактической ролевой игры в оных. В 1993 слл. они хотели быть доктором, в 2012-2013 - поиграть в доктора.
16	http://wyradhe.livejournal.com/315431.html	Тегеранское происшествие, ход событий  - окончание	___	___	Тегеранское происшествие, ход событий - окончание(начало в двух пред. постах)9. Между тем муджтехид Мирза-Месих, верховный мулла, стал всем заявлять, что Мирза-Якуб ругает мусульманскую веру (прибавляя следующее: "Как! этот человек 20 лет был в нашей вере, читал наши книги и теперь поедет в Россию, надругается над нашею верою; он изменник, неверный и повинен смерти"), и что ему-де доложили, что женщин Аллах Яр-хана русское посольство удерживает силой и принуждает отступиться от мусульманской веры против их воли; именно это потом повторяли муллы народу.10. 5 шаабана "Мирpа-Месих председательствовал на совещании мулл в одной из главных мечетей города. Муллы объявили, что всякому терпению есть пределы, что религии их нанесено оскорбление, их повелитель унижен и самые священные их права попраны, и было единогласно решено немедленно отправить депутацию к губернатору" Тегерана, Зилли-султану, сыну шаха, "и предупредить его, что если русский министр не согласится выдать Мирузу-Якуба и двух женщин [Аллах Яр-хана], то народ вырвет их из посольского дома силой". Депутация от Мирза-Месиха представил Зилли-султану те же обвинения по поводу Мирзы-Якуба и этих двух женщин, будто бы удерживаемых насильно. Люди Мирзы-Месиха прямо сказали Зилли-султану: "Не мы писали мирный договор с Россиею и не потерпим, чтобы русские разрушали нашу веру; доложите шаху, чтобы нам немедленно возвратили пленных [Мирзу-Якуба и женщин Аллах-Яр-хана и др.]". Зилли-султан "просил их повременить, обещал обо всем донести шаху", "убедительно просил воздержаться от каких-либо насильственных мер до окончательного решения посланника"=Грибоедова. Порученцы Мирзы-Месиха не стали ничего ждать, пошли, возвращаясь от него, по Тегерану и "дорогой говорили народу: "Запирайте завтра базар и сбирайтесь в мечетях; там услышите наше слово!"Того же 5-го шаабана сановник Мирза Абдул Ваххаб "изъявил желание встретиться с Грибоедовым.. для решения этого злополучного дела. - Надо спешить,- говорил он,- и не допустить разрыва между двумя могущественнейшими государствами, а также смерти многих добрых людей из-за двух бедных женщин и такого ничтожного существа, как Мирза-Якуб!" Грибоедов не ответил согласием: выдать их он себе позволить не мог (тем более под угрозами), а больше совещаться было не о чем.Зато того же 5 шаабана Грибоедов составил с Мальцовым ноту персам, уведомлявшую их о том, почему он уезжает из Тегерана, не дожидаясь пресловутого совещания, и собирается даже с разрешения своего императора вовсе оставить Персию: потому что персидское правительство недобросовестно и посольству угрожает опасность. "В выше упомянутой ноте в сильных выражениях были изложены поступки (то есть объяснения поступков) г. Грибоедова, с самого приезда в Персию; она заключалась, между прочим, следующими словами: "Нижеподписавшийся, убедившись из недобросовестного поведения персидского правительства, что российские подданные не могут пользоваться здесь не только должною приязнью, но даже и личною безопасностью, испросит у великого государя своего всемилостивейшее позволение удалиться из Персии в российские пределы".Ночью на 6 шаабана шах велел Манучехр-хану утром передать Грибоедову, что чернь уже восстает, и что он должен выдать Якуба и жен Аллах Яр-хана, чтобы спасти посольство.11. 6 шаабана по распоряжению мулл базар не открывался (его заперли еще вечером 5-го), "с самого утра народ собирался в мечеть. "Идите в дом русского посланника, отбирайте пленных, убейте Мирзу-Якуба и Рустема - грузина, находившегося в услужении у посланника" - заявляли муллы (Мальцов). "У главной мечети, где снова собрались муллы, образовалось целое скопище народа. Муллы велели закрыть на базаре все лавки и приказали правоверным отправиться в русский квартал и добиться, добром или силой, выдачи двух женщин и Мирзы-Якуба" (англо-перс. реляция). Толпа напала на посольство.Одновременно Манучехр-хан "по повелению шаха, полученному им ночью, поспешил отправить своего племянника", Соломона Меликова, "к посланнику, чтобы откровенно сообщить ему о настоящем положении дел и просить его немедленно отказаться от покровительства беглецам, выдачи которых требует неистовствующая чернь". Соломон Меликов успел добраться до Грибоедова, когда толпа еще ломилась в посольство, но не захватила его (по дороге из толпы в него кидали камнями), и все ему передал. Грибоедов, естественно, отказался выдавать Мирзу-Якуба и женщин. Меликов остался при Грибоедове и был потом убит толпой.Грибоедов, "полагая сперва, что народ желает только отобрать пленных, велел трем казакам, стоявшим у него на часах, выстрелить холостыми зарядами и тогда только приказал заряжать пистолеты пулями, когда увидел, что на дворе начали резать людей наших". Когда "народ ворвался во дворы  кто-то крикнул: "Схватите Мирзу-Якуба и назад!"; его схватили, и отдавший приказание хотел взять его живым, но другие его убили. "Слуги Аллах Яр-хана схватили женщин и потащили их прочь". Толпа отхлынула и стояла вокруг посольства, не атакуя. После этого наступило на время (с час или больше) затишье.Посреди разгрома шах прислал для вида сотню сарбазов для защиты посольства, только без патронов и с приказанием не употреблять даже штыки: это воинство "против вооруженной свирепствующей черни употребить одно красноречие, а не штыки и потому было спокойным свидетелем неистовств" (Мальцов). Подошел этот отряд как раз в вышеупомянутой паузе - "спешно прибыл к месту действия в ту самую минуту, когда осаждавшие овладели Мирхой-Якубом. Несмотря на все его добрые намерения, усилия его ограничились некоторыми мерами предосторожности, к несчастию, неудовлетворительными, а также уговорами и убеждениями, обращениями к людям, глухим к голосу рассудка" (реляция).Через час подоспела вторая волна, "не в пример более многочисленная, которая состояла теперь уже не только из мелочных торговцев и черни; она была снабжена огнестрельным оружием и к ней присоединились и солдаты разных военных частей". Она разгромила посольство. "План истребления был выполнен настолько хорошо, что народ ворвался даже в передний двор британского посольства и вырезал семь или восемь человек русских, проживающих при конюшнях, после чего завладел всеми лошадьми, принадлежавшими посланнику" (английского имущества при этом не тронули)."За час до захождения солнца, когда в разоренном доме нашем оставались одни только сарбазы [того самого отряда без патронов - все это время он тихонько стоял рядом, а теперь занял развалины посольства], пришел шахский чиновник, который четырем стенам прочел громогласно фирман, повелевающий народу, под опасением шахского гнева, удалиться спокойно из нашего дома и воздержаться от всякого бесчинства".Зилли-султан потом изъяснял уцелевшему Мальцову, что сам "поехал было усмирять народ, но, испугавшись ругательств черни, воротился с поспешностию во дворец, велел запереть ворота, расставил сарбазов по стенам, чтобы разъяренная чернь не бросилась в шахский дворец". Рассказывал позднее Зилли-султан и то, что "бесчисленное множество осаждающих не дозволило им приблизиться к атакуемому дому. Вместо того чтобы принести какую-нибудь пользу посольству, они должны были заботиться о собственной безопасности и даже подверглись сами оскорблениям и угрозам. - Пойди,- кричали будто бы Зилли-султану, "уступи своих жен русским, это вполне достойно твоей длинной бороды, которую ты так заботливо купаешь в розовой воде! Разве твой брат Аббас-Мирза не продался душой и телом царю? Убирайся вон, говрам санг, не то мы изрубим вас в куски!" Принцы были вынуждены вернуться в свои дворцы, защищенные, по счастию, значительными отрядами пехоты и входы в которые были тщательно заперты, чтобы мятежники не могли в них проникнуть" (реляция).Персидские вельможи тому же Мальцову "с восточным красноречием описывали отчаяние шаха и собственную свою горесть. "Падишах заплатил 8 курур из казны своей за дружбу России.- говорили они,- вот что сделали муллы и народ тегеранский. Какой позор целому Ирану, что скажет [русский] император!"***Из сказанного четко видно минимум три действующих силы.Шах. Был в полной ярости, что Мирза-Якуб пытается перебежать к русским (что он все это имитировал и сам заслал Мирзу-Якуба именно для получения предлога к поднятию мулл и черни на посольство - невероятно, так как он тогда не применял бы целый ряд беспорядочных попыток вытребовать Мирзу-Якуба обратно на первой фазе, не сменил бы резко тактику на молчание посредине и не выцыганивал бы его у Грибоедова на заключительном этапе предупреждениями насчет возможности мятежа. Все это доказывает, что он хотел в первую голову не допустить Мирзу-Якуба к русским). Пытался на первой фазе всеми правдами и неправдами активно добиться от Грибоедова возвращения Мирзы-Якуба. Однако не решился подсылать к нему убийцу, хотя имел такую возможность всякий раз, как Мирза-Якуб оказывался вне посольства. Не получив желаемого, после аудиенции отказался от дальнейших попыток делать Грибоедову представления и предпочел такой сценарий: пусть инициативу берут муллы (которые со своей стороны ярились вполне искренне). Они будут готовить народное восстание, а он, шах, - по нарастающей извещать Грибоедова об угрозе такого восстания и о возможности его предотвратить одной лишь выдачей Мирзы-Якуба. Если Грибоедов согласится, то и хорошо - Мирза-Якуб будет выдан, а шах получит важнейший прецедент успешного давления на русских в сторону практического смягчения условий Туркм. трактата (тут шаха очень интересовало скащивание контрибуции, которое после гибели посольства Россия действительно произвела) под угрозой народного бунта, от него не зависящего. Так и дальнейшего смягчения можно будет добиться, да и вообще это будет большой триумф над неподатливым до сих пор русским посольством. Если Грибоедов упрется, то либо восставшие ограничатся убийством Мирзы-Якуба, и опять получится все то же самое; шах для примера кого-то казнит, а русские увидят, что их посол перетянул струну и смягчатся; а если восставшие убьют все посольство, то тот же месседж получится еще ярче. Риск есть? Есть: что в последнем случае Россия пойдет войной или увеличит контрибуцию. Но шаху нечего особенно терять: для него пытаться добрать всю контрибуцию с населения - еще больший риск престолом, чем весь этот кунсштюк.Духовенство. Взяло на себя инициативу подготовки бунта по своим соображениям: пришли кафиры, нарушают неприкосновенность гаремов. Расплатится за бунт в случае чего чернь и шах - а что им, собственно, до шаха?Аллах Яр-хан. Явным образом втолкнул Грибоедову в посольство двух своих женщин, чтобы было чем потом посильнее разжигать толпу, чем одним Мирзой-Якубом. Евнух-перебежчик - это все-таки не насильственно исторгнутые из гарема жены, против их воли удерживаемые кафимрами! Подключился, когда бунт уже начало планировать духовенство.Вопрос: кто стоит за переводом толпы от программы "захватить Якуба и женщин и назад!" к программе "режь посольство!"? Исполнение этих программ было даже разделено во времени. На второй стадии, кроме черни, были еще и солдаты.Шаху этот перевод был не нужен - всех своих целей он с мЕньшим риском достигал бы первой программой, чем суммой первой и второй. Живой Грибоедов, которого он предупреждал, и который тем не менее довел дело до восстания черни - это был бы для него гораздо лучший козырь в клянчении смягчения условий мира, чем вырезанное посольство: за него Россия могла гораздо больше разозлиться, чем за простое нарушение неприкосновенности посольства (если бы ограничились убийством Мирзы-Якуба), а вот устрашаться перспективой антирусских и антишахских разом народных восстаний в Петербурге стали бы одинаково при убиении одного Мирзы-Якуба и при истреблении всего посольства.Духовенство добивалось прежде всего гибели отступника Мирзы-Якуба и возвращения жен. Резня самих надменных кафиров была бы приятным бонусом, но все-таки не главной целью. Кто-то, конечно, из духовных лиц мог хотеть и максимальной мести кафирам.Аллах Яр-хан намеренно разжигал ситуацию (в отличие от духовенства, которое просто реагировало на шаг Мирзы-Якуба и вообще унижение со стороны кафиров, Аллах Яр-хан явно сам организовал ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ такое унижение), и ему-то не было дела ни до Мирзы-Якуба, ни до "исторжения женщин из его гарема" - он сам устроил это исторжение. Зато он был личным врагом Грибоедова. Так что он-то за переводом программы стоит в первую голову.При этом для него это было совершенно безопасно. Кто чернь призывал? Муллы. Кто не смог защитить посольство? Шах. Кто громил посольство? Чернь. А Аллах Яр-хан тут при чем? Аллах Яр-хану будет очень грустно, если Россия разозлится на шаха, который его выгнал из визирей и унизил? Да он только рад будет заодно со смертью Грибоедова добиться заодно гнева России на шаха...На второй фазе атаки в дело вошли солдаты. Муллы солдат поднять не могут, для этого надо иметь связи в армии. У шаха, его сыновей, у бывшего великого визиря Аллах Яр-хана они есть. Шаху, однако, радикализация не нужна, а Аллах Яр-хану - весьма на руку.А есть ли ему чего бояться от шаха? Нет. Допустим, шах даже выяснит для себя, что радикализировал ситуацию Аллах Яр-хан. И что? Шах признает это и накажет его? Да Аллах Яр-хан -один из знатнейших людей дома Каджаров, вдобавок зять самого шаха. Шах, бесславно проигравший войну с русскими, уступавший им бесславно и в Тегеране, перед лицом персов и Каджаров будет наказывать Каджара и своего зятя за то, что тот вступился за неприкосновенность гаремов от насилий кафиров и поразил их? Да шах сам о двух головах ли? Нет, он если и узнает, молчать будет и валить на чернь да на мулл. Да и как ему узнать - лежащие в СПБ донесения Мальцова, составленные уже в России, читать о том, как хитро его гаремные женщины попали к Грибоедову? Сам-то Аллах Яр-хан потом заявлял в Тегеране, что этих женщин увели против обещаний, удержали хитростью, а виной тому даже не столько сам Грибоедоев, а Рустем; женщины эти остались живы (их увели слуги Аллах Яр-хана из посольства при его разгроме) и, конечно, засвидетельствовали бы все, что надо было Аллах Яр-хану.Грибоедов полагал, что его в Персии "уходит" именно Аллах Яр-хан. Может быть, он несколько лучше понимал эту банку с пауками, чем современные авторы, не имеющие на эту тему никаких источников, каких не имел бы он, но зато не имеющие массы источников, которые он имел?***Утверждается иногда, что в Тавризе кто-то перехватывал и не пропускал всю почту, которая от Грибоедова и посольства (а также от оставшихся в Тавризе Нины Грибоедовой и Амбургера) должна была идти в Россию сначала из Тавриза накануне убытия Грибоедова в Тегеран, а потом еще и от Грибоедова и всех поехавших с ним из Тегерана через Тавриз. В частности, Паскевич в Тифлисе и на турецком фронте так вообще и не узнал, что Грибоедов вообще уехал из Тавриза в Тегеран, до получения известия о том, что в Тегеране его и убили; то же относится к Петербургу.Однако даже без обращения к архивам мин.ин.дел и публикациям его документов, оставаясь только в рамках опубликованных писем в собр. соч. Грибоедова, имеем:письма Грибоедова из Тавриза в мининдел о его намерении убыть в Тегеран (куда его торопили из Петербурга - представиться шаху - и куда сам он отнюдь не рвался побыстрее) шли и дошли вовремя; в частности, письмо Грибоедова к Родофиникину из Тавриза от первых чисел декабря со словами: "Отъезд мой в Тегеран был отсрочен по случаю отсутствия самого Шаха из столицы. Теперь хочу прибыть туда несколькими днями прежде его" - дошло и было получено в министерстве 2 января 1829 г.офицеру Паскевича, Ренненкампфу, занимавшемуся по поручению Паскевича демаркацией границ с персами на месте, Грибоедов писал 5.12: "Завтра я еду в Тегеран; Амбургер остается моим поверенным в делах. Когда кончите разграничение..", а 11.12 писал уже из Тикмедаша, довольно далеко от Тавриза по дороге на Тегеран (Тикмедаш означен на письме). Оба письма дошли до адресата.Таким образом, о намерении выехать со дня на день и о самом выезде Грибоедова в Тегеран почта в Спб и человеку Паскевича ушла. Если перехват осуществлялся, то только после 11.12. Если на этом фоне министерство и Паскевич не узнали, что Грибоедов так-таки поехал в Тегеран, то лишь потому, что Ренненкампф не передавал об этом Паскевичу (а он и не должен был), а Паскевич и министерство не получили от Грибоедова (и его миссии) писем уже из самого Тегерана; не получили они и писем от оставшегося в Тавризе Амбургера о том, что Грибоедов выехал в Тегеран. Нина Грибоедова и англичане в Тавризе письма от Грибоедова при этом из Тегерана получали.Вопрос, таким образом, стоит так: если Грибоедов вообще писал Паскевичу или в министерство по дороге в Тегеран и из Тегерана (а Амбургер писал в министерство из Тавриза о его состоявшемся отъезде и прибытии в Тегеран), то кто и где перехватывал и не пропускал эти письма, и зачем (при том, что Нине и англичанам в Тавриз Грибоедов из Тегерана писал и письма эти дошли)Ответов на этот вопрос может быть несколько:1. Грибоедов и Амбургер сами не собирались ничего докладывать в Россию до возвращения Грибоедова из Тегерана. Амбургер вполне естественно предоставил бы самому Грибоедову докладывать в министерство о своих дейстивиях. Грибоедов о своем намерении  вот-вот отбыть в Тегеран в министерство написал, от отбытии - человеку Паскевича написал, обо всем остальном он вполне мог решить сообщать уже по возвращении, тем более, что очень не доверял средствам сообщения в Иране, особенно на маршруте от Тавриза на восток. Своих курьеров у Грибоедова не было, он должен был бы пользоваться персидской почтой, которой не доверял, и письма Нине Грибоедовой  и знакомому чиновнику Ваценко в Тавриз  по пути из Тегерана он старался отправлять с оказиями - с русскими поданными, ехавшими в Тавриз (в письме к Ваценко сказано: "пишу к вам с нашим подданным купцом из Тейрана. Хотя и долго будет в дороге, но вернее дойдет, нежели чрез персидского курьера"). Дипломатическую почту он в таким случае мог тем более не доверить никому, выехав из Тавриза.  2. Если  все же он писал из Тегерана в Петербург, то перехват мог осуществляться и из Тегерана, и в Тавризе, а приказ об этом мог быть в обоих случаях отдан и в Тавризе, и в Тегеране. Во всех случаях непонятно, какое отношение это могло бы иметь к убийству Грибоедова и посольства. Если убийство было заранее запланировано в Тавризе (или в Тегеране), то как непропускание донесений из Тавриза или Тегерана  в Россию могло бы помочь его инициаторам?  Ведь в Тавриз, Нине (как минимум) письма от Грибоедова поступали и из самого Тегерана. Чем убийцам помогло бы, чтобы осведомление не шло дальше из Тавриза к Паскевичу и в СПб? Неужели они боялись, что Грибоедов в письмах приведет какую-то информацию, которая потом поможет выявить убийц и их заказчиков (предотвратить убийство никто из русских адресатов не успел бы все равно, речь могла бы идти разве что о том, чтобы русские не получили никаких зацепок к установлению убийц постфактум), но при этом не боялись совершенно, что такая информация появится в его письмах именно к жене (их-то они пропускали), и потом не побоялись, что Мальцов, правая рука Грибоедова, тоже доставит подобную информацию, и выпустили его в Россию живым через всю Персию и тот же Тавриз, хотя он был совершенно беззащитен?Перехват и непропуск писем из Тавриза при этих условиях мог быть выгоден не тому, кто хотел бы скрыть причины убийсива Грибоедова, а тому, кто хотел скрыть от Российской империи то, что будут делать Грибоедов (и, возможно, Амбургер) в течение того времени, пока он не вернется из Тегерана, а скрыть это нужно было бы только тому, кто хотел в это время предпринять что-то и не получить за это потом нагоняя за вещи, о которых в этой переписке могли бы сообщать. Этими "кем-то" могли быть и сами Грибоедов и Амбургер, которым до смерти надоело получать инструкции из центра  (в этом случае, повторюсь, они ничего не блокировали, а просто решили ничего и не писать из Тавриза в Россию, пока Грибоедов не вернется из Тегерана), и Аббас-Мирза, который хотел бы, чтобы на критической фазе русско-турецко-персидских интриг Паскевич и Петербург не получали бы никакой информации из Ирана / из Тегерана  вовсе, и шах, желающий того же, и англичане, желающие того же - но вот к убийству Грибоедова это едва ли могло иметь какое бы то ни было отношение.***Мирза-Якуб прибежал к Грибоедову так удивительно вовремя, чтобы посольство не успело выехать из Тегерана, как уже влипло бы с ним - в последний момент - в кризис и под донимание шаха, что трудно удержаться от той мысли, что руководился он не возникшим спонтанно желанием исчезнуть из Персии с русскими (хотя и это было не исключено), а либо сговором с кем-то, либо тем, что кто-то устроил ему такой огонь под ногами (или имитировал такой огонь), что он решил, что кроме русских, спасения ему не будет. В обоих случаях "кем-то" теоретически мог бы быть сам шах, но тогда получилось бы, что шах задумал всю цепочку изначально так: он добивается перехода Мирзы-Якуба к русским, потом донимается у Грибоедова его выдачи, если тот согласен - ура, шах вытолкнул на этом повороте отношения с русскими на русские уступки, если нет - подключаем духовенство и... Это слишком сложная цепочка, учитывая, особенно, что и рискополучателем и убыткополучателем тут при любом несрастании тоже был бы сам шах. Странная фраза Мирзы-Якуба Манучехру о том, что тот скоро сам вслед за ним отпадет от шаха, скорее говорит о том, что Мирза-Якуб действовал либо сам (тогда смысл: Иран идет ко дну, я бегу с этого корабля первым, скоро ты и сам убежишь), либо в сговоре с каким-то лицом, но не шахом (тогда смысл: шах идет ко дну, и я-то знаю, на кого ставить / кого бояться вместо него; скоро и ты поймешь). Тогда это лицо - кто-то, желавший извлечь выгоду из столкновения шаха лбом с Грибоедовым и не несущий риска от такого столкновения. Кто бы это мог быть?)
17	http://wyradhe.livejournal.com/315152.html	"Злополучное тегеранское происшествие" - ход событий. - 1	___	___	"Злополучное тегеранское происшествие" - ход событий.0. 20 декабря 1828 г.  Грибоедов выехал из Тавриза в Тегеран, чтобы давлением на шаха обеспечить выполнение Туркм. трактата, в частности, освободить тех людей в Тегеране, которые по условиям трактата имели право на возвращение в нынешние русские пределы и желали его реализовать, - в том числе женщин из гаремов. 8 раджаба (2 или 3 января) он представился шаху в Тегеране, куда прибыл 5-го. Недели через две, после второй аудиенции, он собрался выезжать в Тавриз из Тегерана обратно, выезд был назначен на начало 20-х чисел января. При этом «между ним и министрами шаха было решено, что он покинет столицу в самом скором времени и что он оставит там своего первого секретаря Мальцова» с небольшим штатом. К этому времени решительно никаких предлогов поднимать против него народ он не давал никому, и попыток таких никто не делал.  Англичане еще до выезда Грибоедова из Табриза в Тегеран все стянулись из Тегерана в Табриз; здание английского посольства в Тегеране с кое-каким имуществом охранялось персами и при нем состояла прислуга посольства.1. Но за день-два до назначенного отъезда к Грибоедову поздно вечером  пришел Мирза-Якуб, евнух, служивший более 15 лет в шахском гареме, второй человек в гареме и в казначействе, знающий множество интимных финансовых и политических тайн шаха и двора, имевший «важную должность казначея и главного хранителя всех бриллиантов и драгоценных камней гарема», родом армянин, и «объявил ему желание возвратиться в Эривань, свое отечество» (по Туркм. Миру отошедшую к России), т.е. убыть с посольством в Россию и российское подданство, на что он имел право по букве Туркм. трактата как урожденный армянин-эриванец, хоть и принявший потом ислам. Конечно, трактат был не в расчете на такие случаи писан. Грибоелов, прекрасно понимая, что принятие им Мирзы-Якуба вызовет сильнейший гнев шаха, очень не хотел его принимать, но не той ценой, чтобы прямо нарушить им же составленный трактат, соблюдать который требовало от него личное и должностное достоинство. Первым делом он сказал Мирзе-Якубу, «что ночью прибежища ищут себе только воры, что министр [посол] российского императора оказывает покровительство свое гласно, на основании трактата, и что те, которые имеют до него дело, должны прибегать к нему явно, днем, а не ночью. Мирза-Якуб был отослан с феррашами в дом свой, с уверением, что персияне не осмелятся сделать ему ни малейшего оскорбления». Последнее уверение могло иметь смысл только при том условии, что персы, по мнению посла и самого Мирзы-Якуба, знали или узнали бы о его ночном визите, и он не остался бы для них тайной – иначе с чего бы вообще зашла речь о том, что они осмелятся или не осмелятся делать ему что-то плохое до возвращения  в посольство? Итак, персы либо уже знали о том, что Мирза-Якуб пошел к послу, либо должны были узнать об этом еще до возвращения Мирзы-Якуба к Грибоедову. В таком случае ничто не мешало бы им убить Мирзу-Якуба еще до этого возвращения (не беря на себя даже за это ответственности – ну, прирезал его кто-то, по совпадению как раз в этот момент…), кроме опасения вызвать гнев или подозрения русского посла. День, когда Мирза-Якуб явился к Грибоедову, вычислить трудно. В реляции, опубликованной англичанами в 1830 г. как перевод (будто бы)  сообщения не названного по имени персидского чиновника, приставленного к посольству, сказано, с одной стороны, что в первые три недели пребывания Грибоедова в Тегеране ничего не происходило. Тогда вся история началась после этих округленных трех недель, то есть как минимум после 24/25 раджаба. В другом месте реляции сказано, что выезд был назначен на 27 раджаба, но за день-два до него (согласно изложению) явился Мирза-Якуб. В третьем месте реляции сказано, что последняя аудиенция у шаха (последовала через несколько дней после появления Мирзы-Якуба у Грибоедова) имела место около 29 раджаба, а визит Мирзы-Якуба на намеченное на этой аудиенции совещание (см. ниже) – 1 шаабана. Истребление посольства же произошло, как известно, 6 шаабана (30 января). По реляции получается, таким образом, что развитие истории занимало около 10 дней, и началось 25-26 раджаба. Однако в докладе английскому послу Макдональду от его брата Рональда Макдональда, отряженного в Тегеран послом из Табриза, сказано, что Мирза-Якуб впервые явился к Грибоедову «за 6 или около 6 дней» до истребления посольства; тогда аудиенция у шаха и визит Мирзы-Якуба на совещание никак не могли иметь место 29 раджаба и 1 шаабана, а должны были произойти дня на три позже. Мог ли этот разнобой вызываться намеренной фальсификацией англичан? Нет. Если они и были бы заинтересованы в какой-то фальсификации дат, то только в одной: в СОКРАЩЕНИИ времени, занятой всей этой историей, против истины, - поскольку чем меньше она занимала бы времени, тем меньше возможностей было бы у персов снестись после начала этой истории с английским посольством в Табризе и получить от него какие-то инструкции. За 10 дней добраться из Тегерана до Табриза (600 км от Тегерана по современным автодорогам), получить инструкции, вернуться и организовать их выполнение было бы маловозможно, но все же возможнее, чем совершенно невероятное укладывание всего этого ряда в 6 дней. Между тем во внутреннем докладе Макдональда указан более короткий срок, а в опубликованной во всеуслышание в специальное объяснение всего дела (фактически и в самооправдание и опровержение ходивших о причастности англичан слухов) реляции – более продолжительный. Таким образом, разнобой вызван действительно чьей-то добросовестной ошибкой; чьей – неизвестно. Поскольку сам автор реляции, хоть и приводит там и тут точные даты, пишет по памяти и говорит, что «не может теперь припомнить в точности, когда именно, в какой день и час имели место различные обстоятельства, сопровождавшие это печальное событие», а Макдональд расследовал дело по горячим следам, то предпочитать надо скорее краткую хронологию последнего. Дальнейшие события излагаю по донесениям Мальцова и вполне согласующейся с ним в большинстве вопросов реляции.2. Как бы то ни было, назавтра утром после своего вечернего визита Мирза-Якуб «опять пришел к посланнику [Грибоедову] с тою же просьбою; посланник уговаривал его остаться в Тегеране, представлял ему, что он здесь знатный человек, занимает второе место в эндеруне шахском…; но усмотрев твердое намерение Мирзы-Якуба ехать в Эривань, он принял его в дом миссии, дабы вывезти с собою в Тавриз, а оттуда, на основании трактата, отправить в Эривань».Уговоры эти оставляют очень странное впечатление. Грибоедов не мог не понимать, что ежели знатный человек, второй человек в шахском гареме, пытается ведомо для всех (теперь уж точно ведомо - открыто и среди бела дня) перебежать к русским, то если он затем откажется от своего намерения и возвратится под власть шаха –  ожидать его будет, мягко говоря, не знатность и не высокий пост, а участь самая печальная, и что он сам это отлично понимает, а стало быть, уговаривать его вернуться под власть шаха бесполезно. Реляция, опубликованная англичанами, противоречит по этому вопросу сама себе: в одном месте ее автор скорбит, что Грибоедов недостаточно уговаривал Мирзу-Якуба вернуться, в другом прямо пишет, что «опасение подвергнуться строгому наказанию и даже смерти препятствовало Мирзе-Якубу вернуться к своим обязанностям; равным образом он сопротивлялся убеждениям посланника, уговаривавшего его отправиться в Тавриз и поступить на службу к Аббас-Мирзе» - много ли в таком случае можно было взять уговорами?Значит, либо Грибоедов эти уговоры вел напоказ для персов – мол, смотрите, я не хочу вовсе его принимать, я его от этого отговариваю (пусть даже это выглядит очевидной глупостью), - либо он сильно подозревал, что Мирзе-Якубу ничего по возвращении не грозит, т.е. что он на самом деле вовсе не отлагается от персидского правительства, а действует по тайному указанию шаха или кого-либо из высших людей Ирана. В таком случае возвращение не было бы для Мирзы-Якуба самоубийством, а потому и имело бы смысл пытаться от него отговориться. С другой стороны, если уж Мирза-Якуб выполнял бы директиву именно осесть у Грибоедова, то отговаривать его от этого было бы тоже бессмысленно – он все равно настаивал бы; иное дело – если бы он был послан прощупать, ухватится ли посланник за его предложение, а если ухватится – то это скомпрометировало бы посланника перед шахом. В этом случае опять же имело смысл его отговаривать – напоказ подославшим его для такой проверки.Итак, уговаривать Мирзу-Якуба вернуться к шаху Грибоедов мог бы только напоказ персам (независимо от того, были у него предположения, что Мирза-Якуб – «казачок засланный», или нет). При этом сомнений в том, что он действительно не хотел бы укрывать Мирзу-Якуба и везти его с собой в Россию, нет – это видно из попытки отбояриться от него в первую же ночь, а также из того, что Грибоедов предлагал ему паллиатив – все-таки не уезжать в Российские пределы а остаться персидским подданным при Аббас-Мирзе. Иное дело, что если Мирза-Якуб упирался, то Грибоедов не имел возможности отказать ему, не нарушая довольно стыдным образом составленного им же Туркм. трактата.3. В тот же день «шах разгневался; весь двор возопил, как будто бы случилось величайшее народное бедствие. В день двадцать раз приходили посланцы от шаха с самыми нелепыми представлениями; они говорили, что ходжа (евнух) — то же, что жена шахская, и что, следовательно, посланник отнял жену у шаха из его эндеруна. Грибоедов отвечал, что Мирза-Якуб, на основании трактата, теперь русский подданный и что посланник русский не имеет права выдать его, ни отказать ему в своем покровительстве».4. Тогда  в тот же день или скорее на следующий день от шаха передали – однако ж неофициально, через Манучехр-хана, главу евнухов и казначейства, начальника Мирзы-Якуба, родом грузина,  - что Мирза-Якуб-де «обворовал казну шаха и потому отпущен быть не может». Грибоедов отправил Мирзу-Якуба для выяснения дела к Манучехр-хану в сопровождении Мальцова. По дороге гаремные слуги и ходжи в доме Манучехо-хана «осыпали его (Мирзу-Якуба) ругательствами и плевали на него». Сам разговор Мирзы-Якуба с Манучехром был сплошными перекорами на тему вовсе не о деньгах, а о самом намерении Мирзы-Якуба уехать с русскими; Манучехр уговаривал вернуться (обещая, конечно, прощение – это не оговаривается в источниках, но это очевидно), Мирза-Якуб отказывался и сказал Манучехру, в частности: «Точно, я виноват - виноват, что первый отхожу от шаха; но ты сам скоро за мною последуешь». После свидания Мирза-Якуб отправился .не в посольский дом, а на свою квартиру, и среди персидских чиновников пошел слух, что он, значит, согласился остаться в Тегеране, однако это был слух ложный, потому что  Мирза-Якуб всего лишь заехал к себе домой за «разными домашними вещами — постелью, коврами, посудой и пр.», и вечером того же дня со всем этим приехал в посольство «и расположился там окончательно». 5. Тогда на следующий день дом Мирзы-Якуба опечатали, а от шаха Грибоедову было официально сообщено, что Мирза-Якуб-де «скрылся, не дав отчета в сумме от 30 до 40 тысяч туманов» Шах требовал, чтобы духовному (шариатскому) суду было предоставлено разобрать это дело. Вот тут Грибоедов уже активно пожелал использовать букву Туркм. трактата: согласие-то на суд он немедленно дал и послал Мальцова и Мирзой-Якубом в дом шариатского суда, а Мальцову при этом наказал следить, чтобы судопроизводство ни в чем не нарушало условий Туркм. трактата и всех приложений к нему о тяжбах такого рода; вдобавок, как следует из изложенного ниже, он твердо наказал Мальцову не соглашаться на выдачу Мирзы-Якуба, а разве что согласиться на выплату им недостачи, которую ему приписывают.  В доме шариатского суда встретил их тот же Манучехр-хан. Манучехр повторил обвинение в том, что за Мирзой-Якубом остался долг шаху во столько-то тысяч туманов; Мирза-Якуб отказывался от обвинения и сказал, что «Надо не иметь ни бога, ни совести, чтобы возвести на меня подобную подлость!» - что рассматривалось как оскорбление Манучехр-хана и вызвало потом крайнюю ярость самого Грибоедова (см. ниже). Мальцов сказал, что Мирза-Якуб клятвенно заявил посольству, «что он никому не должен здесь гроша и что, следовательно, должно представить законные документы, и буде есть действительные векселя, то есть засвидетельствованные в свое время у хакима, он принужден будет удовлетворить» их (но, заметим, всего лишь заплатить деньги, а не вернуться в гарем!). Манучехр ответил: «Таких документов нет, но есть расписки, свидетели». Мальцов сослался тогда на одну из статей приложения к Туркм. трактату, по которой без заверенных письменных документов, подтверждающих иск, на основании одних незаверенных расписок и свидетелей, иск в таких случаях не должен допускаться, если только ответчик сам не признает его обоснованным: «Если одна из двух сторон, не будучи снабжена документами письменными и засвидетельствованными... и долженствующими иметь силу во всяком судебном месте, начнет иск на другую, и не представит других доказательств, кроме свидетелей, таковой иск не должен быть допущен, если ответчик сам не признает оный законным». Правда, статья эта касалась исков подданных одной стороны к подданным другой, так что ссылаться на нее можно было бы только рассматривая Мирзу-Якуба уже как русского подданного –  таким образом, к тому моменту Грибоедов твердо рассматривал его именно так (что видно и из того, как Мальцов давал согласие в крайнем случае только на выплату денег, но не на выдачу Мирзы-Якуба). И действительно, следующей же фразой Мальцов заявил, что опечатав дом Мирзы-Якуба и изъяв оттуда его документы, Манучехр-хан нарушил права русского подданного: «Вам, - сказал Мальцов, -  следовало описать вещи и бумаги в присутствии русского чиновника, а не насильственно и самовольно захватить все, что попало, и, следовательно, вся ответственность за нарушение прав русского подданного падает на вас». Манучехр заявил, что в Туркм. трактате нет никаких таких условий про иски; Мальцов напомнил, что в самом-то трактате нет, а вот в приложении к нему о торговле – есть, и велел зачитать соответствующие статьи. «и все присутствовавшие по выслушании оных остолбенели от удивления. «Если так,— сказал Манучехр-хан — то духовного суда по этому делу быть не может; пусть все останется как есть».  Он распорядился проводить Мирзу-Якуба, Мальцова и пр. под охраной в посольский дом, следя, чтобы Мирзе-Якубу не чинилось оскорблений встречными или зеваками – Мирза-Якуб уже жаловался на оскорбления, которые он потерпел в доме самого Манучехра днем ранее. Быстрая капитуляция Манучехра неудивительна, поскольку добивались они на самом деле не денег, а выдачи Мирзы-Якуба, между тем посольские заявили ту позицию, что Мирха-Якуб – русский подданный и речь могла бы идти разве что о выплате им денег.5а. Зато Манучехр во второй половине того же дня сам пожаловал в посольство, встретиться с Грибоедовым, и вновь уговаривал его уладить дело по-хорошему (= выдать Мирзу-Якуба). Грибоедов отказался. Беседа получилась напряженной, стороны заговорили и об оскорблениях, которые выслушал и сам нанес Мирза-Якуб в течение этого и предыдущего дня. В частности, Манучехр пожаловался, что Мирза-Якуб заявил, что у обвиняющих его в краже нет ни совести, ни бога. Манучехр толковал это как оскорбление ислама и, действительно,слова Мирзы-Якуба были двусмысленны: хотел ли он сказать, что персонально те, кто на него клеплют, бога не боятся, или что у них религия ложная, безнастоящего бога? Грибоедов пришел в ярость и, «еще не успокоившись от волнения. обратился к Мирзе-Якубу и спросил его, как у него хватило дерзости коснуться святых вещей и как священное слово «бог» могло вырваться из его уст. Якуб, снова отвергая возведенное на него обвинение в краже, дерзко заявил, что он только выразил свое мнение, сказав, что у тех, кто возводит на него столь злостное обвинение, нет ни совести, ни бога».Из этого лишний раз видно, до какой степени Грибоедов был зол на Мирзу-Якуба.«После подобной сцены нельзя было и думать о примирении и дружеском объяснении». 6. На следующий день шах дал (явно по своей инициативе) аудиенцию Грибоедову специально по этому делу, настаивая на неприемлемости перехода Мирзы-Якуба к русским. Шах был «очень сердит» на Грибоедова, вновь повторял, что евнуха взять – все равно что жену взять, и сказал: «Продолжайте, отнимите у меня [и] всех жен моих; шах будет здесь молчать, но Наиб-султан [Аббас-Мирза] едет в Петербург и будет лично на вас жаловаться императору». Грибоедов был тверд. Тогда в присутствии шаха его сын Зилли-султан, губернатор Тегерана, предложил разобрать разобрать дело Мирзы-Якуба в совещании с участием самого Мирзы-Якуба, русского представителя, Манучехр-хана, Мирза-Абдул-Хасан-хана, причем все это совещание должно было состояться в доме верховного муллы Тегерана муджтехида Мирзы-Месиха и под его не то покровом, не то председательством. Грибоедов без колебаний согласился. Это согласие могло означать только то, что он рад был бы скинуть с себя Мирзу-Якуба, и только не мог себе позволить в нарушение Туркм. трактата выдать его против его воли, но при этом готов был ухватиться за любой шанс, что персияне все же улестят Мирзу-Якуба остаться – или, во всяком случае, хотел выказать самим персам свою готовность идти им навстречу во всем, кроме прямого нарушения Туркм трактата.Когда Грибоедов вернулся в посольство, Мирза-Якуб умолял его отказаться от такого совещания под эгидой верховного муллы – «представил против этого решения некоторые возражения, справедливо основываясь на том, что, по магометанским законам, нет пощады тому, кто отрекся от ислама, ибо уже один этот поступок является преступлением, наказуемым смертью». При этом Мирза-Якуб «осмелился отозваться самым неуважительным образом о домашней жизни шаха и его многочисленного семейства и коснуться в своей критике справедливости и святости духовных особ».Однако Грибоедов отказал ему в его мольбах и оставил в силе решение о совещании. Из этого опять видно, что он рад был бы отделаться от Мирзы-Якуба и был на него очень зол, понимая, в какую яму идет из-за этого дела и он, Грибоедов, и все посольство.7. Однако когда (очевидно, на следующий же день) Грибоедов отправил Мирзу-Якуба с Мальцовым к Мирзе-Месиху, «как было условлено», Мирза-Месих заставил их дожидаться час, а затем не принял, сославшись на то, что заболел и не может сейчас их выслушать. Мирза-Месих потом представлял такое объяснение этому: «около дома столпилось множество народу», и потому Мирза-Месих «рассудил не принимать его, боясь не сдержать справедливого негодования и назвать в раздражении неверным-кафиром, дав тем самым народу повод забросать его камнями и вызвать неистовство». Объяснение это не держит воды, поскольку Мирза-Месих не на весь же Тегеран и не на всю улицу орал бы на Мирзу-Якуба «кафир!». Напротив, если уж Мирза-Месих заставил их дожидаться перед домом час в присутствии толпы из враждебного им народа, то разве что в надежде на то, что эта толпа проявить полезную инициативу и убьет Мирзу-Якуба (а заодно, надо думать, и Мальцова) сама. Но толпа не осмелилась.С этого времени условленное совещание «отлагалось со дня на день» до самого разгрома посольства. Какое-то время Грибоедов ждал этого совещания, а потом назначил отъезд на 7 или 8 шаабана. 6 шаабана посольство было разгромлено.Параллельно сразу после аудиенции совершенно прекратились прямые домогательства от шаха. В посольстве решили, что «шах по-видимому, отказывался от мысли вернуть беглеца». В то же время шах передал Грибоедову, что «взял назад свое согласие на то, чтобы Мальцов…  по отъезде посланника» оставался с переводчиком в Тегеране, так как он, шах, «опасается каких-нибудь неприятных столкновений, могущих возникнуть вследствие их неопытности в делах».  Иными словами, шах передал, что не гарантирует их безопасности по отъезде Грибоедова и требует, чтобы посольство убиралось целиком.Чуть позже секретарь шаха Мирза-Мехти, уважаемый Грибоедовым, около 3 шаабана от себя «уведомил его [Грибоедова от себя] о том, что муллы возмущают народ против русских и что он будет находиться в величайшей опасности, если не выдаст немедленно Мирзу-Якуба». Но Грибоедов, «вероятно, почел этот совет одною хитростию, острасткою, которою хотели у него выманить Мирзу-Якуба, и потому оставил без внимания, в уверенности, что правительство, после столь дорого купленного им мира с Россиею, не осмелится оскорбить сию сильную державу в лице ее посланника».Через два дня то же самое передал Грибоедову еще один персидский сановник, Мирза Абдул Ваххаб и опять грозил вот-вот имеющим разразиться восстанием и опасностью, не зависящими от шаха (см. ниже).В ночь накануне разгрома посольства шах отдал повеление Манучехр-хану известить Грибоедова, что чернь собралась громить посольство, и что единственное спасение – отдать Мирзу-Якуба и женщин!Между фазами 6 и 7 по нашему счету прошел явный перелом. Шах и Грибоедов договорились о новом совещании о судьбе Мирзы-Якуба, причем до того шах всеми силами, новыми и новыми способами, старался его выцарапать у Грибоедова. Но после аудиенции настала мертвая тишина: обещанное совещание откладывалось самими персами под любыми предлогами новых инициатив от них не поступало. Этот этап окончился тем, что Грибоедов махнул рукой на совещание и решил, не дожидаясь его, уезжать с Мирзой-Якубом,  а муллы подняли, срывая его отъезд, людей на вторжение в посольство.В то же время уже с самого начала этого этапа верховный мулла попробовал создать ситуацию, когда Мирзу-Якуба убила бы толпа вне посольства, а шах впервые заговорил (и не один раз, а четыре – раз намеком от себя, другой яснее через Мирзу-Мехти, третий – еще яснее через сановника, чевертый – в ночь на разгром посольства) с посольством  об опасности, угрожающей ему от тегеранцев, и что единственное средство отвратить ее – выдать Якуба. И, как следует из нижесказанного, инициатива активных действий на этом этапе перешла от шаха к верховному мулле Мирзе-Месиху.Таким образом, ясно, в чем именно состоял этот перелом.8. Пока Грибоедов дожидался совещания, а потом, махнув на него рукой, готовился к отъезду, он также продолжал «прилагать неусыпное старание об освобождении находившихся в Тегеране пленных». В частности, Грибоедову _некий персидский барин_, Мат-Кули-хан передал такую историю: что он-де  знает, что у знатнейшего Аллах Яр-хана (кто это такой – см. ниже) есть две эриванские армянки в гареме, что он, Мат-Кули-хан, из своего желания оказать дружбу русским попросил Аллах Яр-хана, чтобы тот САМ «позволил Грибоедову убедиться, согласны ли они возвратиться на родину», и что Аллах Яр-хан  «желая доказать, что помнит услуги Грибоедова в бытность свою в [русском] плену в Тавризе, охотно согласился на это предложение». Аллах Яр-хан был одним из высших членов правящего дома Каджаров, в 1825-1828 был великими визирем, активно стоял за войну с Россией и был смещен шахом с поста визиря (и даже бит по пяткам) после проигрыша этой войны и заключения Туркм. мира. Еще отъезжая в Персию, Грибоедов направо и налево говорил, что Аллах Яр-хан в Персии непременно организует его, Грибоедова, уничтожение, и ему из Персии живым не вернуться.А теперь, значит, без всякой инициативы русского посольства и самих этих женщин Мат-Кули-хан и Аллах Яр-хан сами сообщают Грибоедову об этих женщинах и из приязни к русским и лично к Грибоедову предлагают ему забрать их из гарема Аллах Яр-хана, если те изъявят перед русскими такое желание!Верить такой доброй воле было нельзя, но и отступать Грибоедов счел ниже своего достоинства. Он послал своего помощника Рустема к Аллах Яр-хану, чтобы проверить этих женщин.  В присутствии Аллах Яр-хана обе эти женщины не изъявили будто бы – как потом заявлял сам Аллах Яр-хан и персы – «никакого желания оставить своего настоящего покровителя». Рустем, однако, доложил Грибоелову нечто существенно иное, и Грибоедов на следующий день послал Рустема, чтобы тот привел «этих двух пленниц в посольский дом, для того чтобы министр мог лично убедиться в их истинных желаниях».  Аллах Яр-хан без сопротивления отпустил обеих. Персы (никто из них не присутствовал при разговоре Грибоедова и Мальцова с этими женщинами!) утверждали потом, что «допрошенные Грибоедовым, обе женщины решительно ответили, что не имеют желания оставлять Тегеран. Однако, в злополучную минуту, они согласились на вкрадчивое предложение Рустема остаться день-другой в посольском доме. Не будучи больше на глазах своих повелителей и не испытывая над собой никакого гнета, женщины вспомнили свою прежнюю веру и родину, и привязанность к ним взяла верх над их осторожностью» - и они попросились  на родину. Верить этой нелепице нельзя: решительно отказались уезжать от Аллах Яр-хана, но при этом согласились остаться на день-другой в посольстве, а уж потом…! Ясно, что они изъявили желание вернуться на родину. Мальцов пишет:  «Грибоедов допросил их в моем присутствии, и когда они объявили желание ехать в свое отечество, то он оставил их в доме миссии, дабы потом отправить по принадлежности».Персы заявляли потом, что «слуги Аллах Яр-хана тщетно пытались возражать против такого нарушения обещаний [никаких обещаний им не давали, однако] и ушли домой, оплакивая доверчивость своего господина». Персы по этому поводу даже не сделали Грибоедову никаких представлений, проглотив это молча (потом утверждали, что делали, и еще как – но Мальцов твердо говорит, что не делали). Между тем это исключительно важный момент. Это посольству персы никаких представлений об этих женщинах  не сделали (и сам Аллах Яр-хан тоже никому не жаловался) – а вот когда муллы поднимали народ на вторжение в посольство, эти женщины служили не менее важным предлогом в их устах, чем сам Мирза-Якуб. Каймакам вообще потом «утверждал, что женщины были главной причиной убиения посланника».По-моему, из сказанного четко видно, что Аллах Яр-хан сам втолкнул этих женщин к Грибоедову, чтобы использовать это потом как предлог для разжигания мулл и черни, и именно потому персы и не протестовали, чтобы Грибоедов, не дай бог, не назначил дополнительной экспертизы и не вернул их обратно. Вдобавок, как сообщает реляция со слов персов, эти женщины, ««благодаря посредничеству персидских агентов, находились в постоянных сношениях с слугами Аллах Яр-хана» до самого разгрома посольства!
18	http://wyradhe.livejournal.com/315090.html	Последние дошедшие слова Грибоедова	___	___	Последние дошедшие слова ГрибоедоваВ реляции о событиях в Тегеране, опубликованной англичанами как перевод сообщения иранского чиновника, состоявшего при русском посольстве, стоит следующее о последней минуте, когда автор (будто бы) видел Грибоедова - в разгар захвата посольства толпой:"У иных, казалось, все чувства были парализованы, другие пребывали в ужасном отчаянии, иные, вместе с казаками, пытались мужественно защищаться. Посланник, скрестив на груди руки, медленно прохаживался взад и вперед, от времени до времени пропуская руку в волосы; лоб его был окровавлен от удара камнем, пришедшимся в правую сторону головы. Он подошел ко мне и произнес с выражением, которое я и сейчас еще не забыл:- Они хотят нас убить, мирза, они хотят нас убить!Я мог отвечать ему лишь утвердительно. Последние слова, внятно дошедшие до моего слуха, были:- Фет-Али-шах! Фет-Али-шах! jenfoudre, jenfoudre,- или что-то в этом роде".Выражение это написано было в тексте по-французски, и по-французски - в том виде, как написано - ничего не значит. Зато оно, несомненно, подлинное, и тут англичане действительно одно в одно воспроизвели рассказ некоего иранского чиновника при Грибоедове, не понимающего толком по-французски - поскольку иначе они в жизни бы такого не напечатали. За формой jenfoudre, как давно известно, однозначно просматривается то, что сказал Грибоедов на самом деле: это j'en foutre, грубое французское ругательство, дословно "еб..л я его / поеб..ть мне его!" ~ по смыслу отвечает русскому "ё. его мать!" (или другое, омонимичное и, возможно, послужившее основой для переосмысления в вышеозначенный глагольный оборот [зафиксированный, как минимум, уже к середине 18 века] франц. ругательство jean-foutre, дословно непереводимо, по смыслу - нечто вроде "ё.аный .удак").Вот это самое Грибоедов и сказал в адрес Фетх-али-шаха. Это французское ругательство, кроме него, еще любил Кутузов, велевший передать Беннигсену в ответ на настояния того похоронить Наполеона в России, "je m'en fous!" ( http://wyradhe.livejournal.com/25642.html )
19	http://wyradhe.livejournal.com/314871.html	Что ж, Мальцева спасли не для того	___	___	Что ж, Мальцева спасли не для тогоКак известно, Мальцев (Мальцов) - единственный член русского посольства, уцелевший при его разгроме тегеранцами 30 января 1829 года. Оказавшись уже в России (в Нахичевани), он отослал ряд подробных донесений о происшедшем в мин.ин.дел, писал и Паскевичу. Независимо от этого, в 1830 англичане опубликовали реляцию о происшедшем, будто бы переведенную на английский со слов неназванного персидского чиновника, состоявшего при русском посольстве, - с не меньшей (если не с много большей) вероятностью эта реляция была составлена английскими представителями в Иране.Екат. Цимбаева в своей биографии Грибоедова пишет об этой реляции:"В тех частях, где она пересекалась с донесениями Мальцева, она вторила им настолько, что кажется, будто они вышли из-под одного пера. Что ж, Мальцева спасли и отправили в Россию не для того, чтобы он свидетельствовал против истинных убийц".Истинные убийцы - это, по Цимбаевой, англичане. Фактически эта фраза подразумевает, что Мальцов был их агентом еще до разгрома посольства, так англичане, которых в Тегеране с 1828 не было вообще, могли бы "спасти" Мальцова в день бунта только одним способом: заранее передав из Тавриза, где они были, в Тегеран распоряжение Мальцова не трогать. Но такое распоряжение они могли бы отдать лишь если Мальцов уже на них работал. И эьа фраза Екат. Цимбаевой, и вывод поразительны, поскольку именно Мальцев-то и выдвинул с самого начала (уже весной 1829) в своих донесения в Петербург обвинение англичан в том, что именно они всему виной; то же обвинение он выразил в письме Паскевичу. То есть как раз "свидетельствовал против истинных убийц" (по Цимбаевой).Приведу текст очередного донесения Мальцева в СПБ, Нессельроде, от 25 марта 1829 г. (опубликованный в полном и точном виде в: Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы. М., Международные  отношения, 1995. С. 149-150, хотя публиковался уже многократно раньше с 1872 г.):СЕКРЕТНОПерсидское правительство говорит, что оно нисколько не участвовало в убиении нашего посланника,  что оно даже ничего не знало о намерении муллов и народа, но стоит только побывать в Персии, чтобы убедиться в в нелепости сих слов. Многие из персидских чиновников уверяли меня, что они еще за три дня предуведомляли посланника об угрожавшей нам опасности. В Персии секретных дел почти нет: среди важных прений о государственных делах визири  пьют кофе, чай, курят кальяны; их многочисленные пишхадметы должны всегда находиться при них в комнате; визири рассуждают громогласно, при открытых окнах, и толпы фарашей, стоящих на дворе, слышат слова их и через два часа разносят государственные тайны по всему базару. Как же могло персидское правительство не знать ни слова о деле, в котором участвовал целый Тегеран? Муллы проповедовали гласно в в мечетях; накануне были они у шахзаде Зилли-султана, накануне велели запирать базар, и есть даже слухи, что в самое время убиения посланника муштеид Мирза Масси сидел у шаха.Положим даже, что и не шах, а муллы послали народ в дом нашей миссии; но и тогда шах виноват: — зачем допустил он это? Если бы он решительно не хотел, чтобы народ вторгнулся в наш дом, то мог бы приставить сильный караул, который остановил бы чернь пулями и штыками; мог ночью перевести посланника и чиновников во дворец или, наконец, уведомив г-на Грибоедова о возмущении народном, просить его ночью удалиться из Тегерана в какую-нибудь загородную дачу, но тогда бы уцелел Мирза-Ягуб,  а этого именно и не хотелось Фет Али-шаху.Вот как, по моему мнению, произошло все дело: шах испытал все меры удержать Мирзу Ягуба, сперва убеждениями, просьбами, потом ложными денежными претензиями, наконец, гневом и угрозами — ничто не удалось. Ему непременно надобно было истребить сего человека, знавшего всю тайную историю его домашней жизни, все сплетни его гарема. Пока посланник был жив, этого никто сделать не мог. Отправить сарбазов, которые бы отобрали силою Мирзу Ягуба и убили его, шах не смел, ибо это было бы явное нарушение с его стороны мирного трактата, за который  заплатил он 8 курур; ему сказали: "Народ вторгнется в дом посланника, убьет Мирзу Ягуба, а мы притворимся испуганными, велим запереть вороты дворца, пошлем Зилли-суятана и визиря унимать чернь, пошлем сарбазов без патронов, которым не велим никого трогать, и скажем: мы ничего не знали. Это все сделал проклятый народ, мы тотчас послали вспомоществование, но, к сожалению, злодейство уже было совершено". Одним словом, все то, что шах говорит и пишет теперь в свое оправдание. Шаху для достижения своей цели другого средства не оставалось; от нас надеялся он отделаться обыкновенными своими отговорками и потому не принял никаких мер для нашей безопасности.Без какой-нибудь выгоды или корысти ничего не предпринимают, даже и злодейств, и потому я не думаю, чтобы шах желал смерти нашего посланника, которая может подвергнуть его величайшей ответственности. Е. в-ву, вероятно, представили, что народ возьмет только пленных, убьет Мирзу Ягуба, но не тронет русских, и тогда ему легко будет во всем случившемся извиниться. Но, вероятно, были люди, которые желали смерти посланника, устроили тайными сношениями адский заговор и открыли из оного шаху только то, что могло интересовать е. в-во. Не смею никого называть, изложу беспристрастно некоторые факты, из которых в. с-во изволите сами вывесть собственное заключение.До приезда г-на Грибоедова в Персию каймакам [Мирза Абуль-Касим, сын Мизры Бизюрка] старался его описывать правительству как опасного человека. Посланник был с ним в ссоре и сделал ему даже личное оскорбление, выгнав его высокостепенство из дома своего. Посланник говорил гласно, что он постарается, чтобы каймакама сменили и место его отдали Мирзе Меммед Али Мустофи. Эти слова переданы были каймакаму, и он, узнав о приеме, сделанном посланнику в Тегеране, должен был точно бояться за свое место. Брат каймакама Мирза Муса-хан был назначен при нас мегмендарем, что было г-ну Грибоедову очень неприятно, но он не ехал вместе с нами и в Тегеране ни разу не видался с посланником. Мирза Муса-хан имел с каймакамом самую деятельную переписку.Квартира приставленного от шаха мегмендаря Мирзы Абуль Гуссейн-хана была дочиста ограблена, также и комната караульного султана; в комнате Назар Али-хана, приставленного к нам каймакамом, ничего не тронуто; я сам спасся под эгидою его имени. Сам Назар Али-хан в этот день с утра вышел из нашего дома и не виделся с посланником, у которого обыкновенно просил из учтивости позволения отлучаться. В Табризе довольно гласно обвиняют каймакама. Он должен был отправиться в Тифлис с эмирзаде, но притворился больным, чтобы не ехать; я это знаю от г-на Кормика, который лечит каймакама от притворной его болезни. Желая испытать каймакама, я настаивал, чтобы он скорее ехал в Тифлис, говоря ему, что он умнейший человек в целой Персии и что, кроме его, никто этого дела уладить не может. Каймакам всегда смущался, полагая себя разгаданным, и потом приискивал различные предлоги, чтобы только отложить неприятное путешествие. Но что более всего огорчило меня - это торжество англичан. Не смею высказать ужасных подозрений моих, ибо не имел способов добраться до нити ужасного заговора. Англичане страшились влияния посланника нашего на персидское правительство; с самого приезда его никто на них не  обращал внимания. Наиб-султан [престолонаследник велиагд Аббас-Мирза, сидел в Тавризе] явно говорил о неограниченной преданности своей к России, в Тегеране  оказаны были такие почести г-ну Грибоедову, каких не могли они [англичане] купить себе за истраченные ими в Персии девять курур туманов. Все долголетние труды их и деньги пропадали разом, им надлежало дела свои поправить решительным ударом или вовсе отказаться от Персии. Известно, как англичане завистливы на власть и влияние свое в Азии, и поведение их с французами в Персии дает повод к ужаснейшим заключениям. Выгоды их сходились в теперешнем случае с выгодами каймакама. Каймакам - человек им преданный, и они теперь притворяются с ним в ссоре, ругают его, чтобы отдалить от себя подозрение. Все персидские вельможи на жаловании у англичан по мере своей власти, и я полагаю, что муштеид Мирза Масси, человек, пред которым трепещет сам шах, вероятно, продал им совесть свою. Когда был в Тегеране барон Розен, потом адъютант графа Паскевича Эриванского Фелкерзам, там всегда находился английский чиновник для наблюдения за их сношениями с двором шахским; отчего же, когда г-н Грибоедов,  который был для них гораздо опаснее, поехал в Тегеран, они не отправили туда никого из своих? Эта излишняя предосторожность, кажется мне, может также служить поводом к подозрениям. Теперь англичане восторжествовали, уверяют персиян, что мы, находясь в непримиримой войне с Турциею, им ничего сделать не можем, говорят, что Англия скоро объявит войну России, советуют Аббас Мирзе учинить нападение в наши пограничные области, а чтобы маскировать поведение свое, английский посланник подал официально протест персидскому правительству против случившегося в Тегеране происшествия и оставшихся в Табризе купцов наших принял под свое покровительство. Но удержусь от всяких дальнейших замечаний, ибо не могу представить неоспоримых доказательств. Нить к ужасному заговору не попалась мне в руки.  Трудно, почти невозможно, без золотого ключа добраться до истины. Не смею утвердительно обвинять никого. Но всем известно, что англичане там, где дело касается до их политической власти, не слишком разборчивы в средствах к достижению своей цели, и кто после всего случившегося может  решительно сказать, что кровь русская в Тегеране не была куплена ценою английского золота и что хитрый, пронырливый каймакам не был душою адского заговора. Титулярный советник Мальцов.***Еще более решительно английскую версию представлял Паскевичу и русским престолонаследник Аббас-Мирза, сидевший в Тавризе (в то время как его отец, шах - в Тегеране). Один из адъютантов Аббас-Мирзы, Мамед-Хусейн-хан,  имел потом с людьми Долгорукова, преемника Грибоедова в качестве русского посла в Иране, при его поездке из России в Иран, такой разговор.  Поручик Арцруни, состоявший при Долгорукове, спросил его: "- Скажите, хан, из-за чего затеяли вы войну с Россией, войну, не обещавшую вам ничего, кроме новых и невозвратных потерь?-  Аллах, Аллах! Стоит ли об этом говорить? Разве неизвестно целому миру, что мы были вовлечены в нее происками англичан?-  Но как же вы могли решиться на такой ни с чем несообразный поступок, как истребление русского посольства? - По этому предмету, - возразил хан, я расскажу вам следующее. Однажды чертова жена с своим ребенком сидела неподалеку от большой дороги в кустах. Вдруг они завидели идущего по направлению к ним крестьянина с тяжелою ношею на спине. Поровнявшись с местом, где сидели черти, он споткнулся о случившийся на дороге большой камень и упал, а когда приподнялся, с сердцем произнес: "Будь ты, чорт, проклят!" Слова эти были услышаны чертенком, который тут же, обратясь к матери, сказал: Как люди несправедливы: они бранят нас там, где нас нет; мы так далеки от камня, а все же виноваты. "Тс, молчи, - отвечала мать, - хотя мы и далеки, но хвост мой спрятан там под камнем". Так было и в деле Грибоедова: англичане хотя и жили в Тавризе, но хвост их все же был скрыт в русской миссии в Тегеране". Тут Аббас-Мирза уверяет уже через адъютанта, что персидское правительство и его вельможи ни при чем вообще: англичане поднимали бунт через своего агента в самой русской миссии в Тегеране! Очевидно, намек был на то, что агентом этим является Мальцов - поскольку только он и уцелел.  (Собственно, сходную версию  и выдвигает Екат. Цимбаева. Но Аббас и его люди не знали, что Мальцов сам обвинял изо всех сил англичан, а вот нам это давно известно).Паскевич писал  Долгорукову со слов Аббас-Мирзы, что англичане «совершенные неприятели» Аббас-мирзы из-за его нынешней приверженности русским, что "Семино [Симоне, француз, приближенный и начальник инженерной  и артиллерийской части у Аббас-Мирзы] говорит, что не отвечает, чтобы англичане не покусились на жизнь Аббас-Мирзы. Также, когда узнали, что Грибоедов едет в Персию, и боясь, чтобы он не взял большого весу при дворе Шахском, то писали о том Ост-Индской компании, которая будто бы им отвечала, что сокровища ее открыты для сохранения каким бы то ни было средством их могущества". И тот же Паскевич еще до получения известий от Мальцова, 20 февраля писал к Нессельроде (опубл. в Рус. Старине за 1872): "С истинным живейшим прискорбием поспешаю препроводить при сем полученную мною от генеральнаго консула нашего в Персии надворного советника Амбургера на имя вашего сиятельства депешу под открытою печатью, в коей описывается вероломное убийство в Тегеране полномочного посланника нашего статского советника Грибоедова и всей его свиты исключая секретаря Мальцова и с ним еще двух человек, спасшихся от неистовства злодеев. Обязанностию поставляю приложить при сем также в переводе выписку из письма к Аббас Мирзе брата его Зилли-султана, генерал-губернатора тегеранского, в котором ужасное происшествие, в Тегеране случившееся, описывается почти в том же виде, как и в депеше Амбургера. Поелику все известия об убийстве посланника нашего, не исключая и депеши г. Амбургера, основаны на сведениях, доставленных персиянами, коих нельзя отнюдь принять за достоверные, то и должно ожидать дальнейших верных уведомлений о сем печальном случае; в особенности же все происшествие объяснить могут показания Мальцова, который один из всех чиновников, бывших при посольстве, остался жив. За всем тем, зная характер персиян, я позволю себе некоторые предположения о причинах столь вероломного поступка и неслыханного нарушения прав народных [международных]. Усомниться можно, чтобы причины сии были точно таковы как они изложены в депеше Амбургера и письме Зилли-султана, и вероятно многие обстоятельства представляются персиянами не в том виде для собственного их оправдания; в особенности в письме Зилли-султана повторяемыя обвинения противу Мирзы Яхьи или Якуба, служившего прежде при шахе, а потом прибегшего под покровительство посланника нашего, заставляют предполагать, что все сие происшествие было предуготовлено прежде, и  как [=так как] начало самого возмущения, коего Грибоедов сделался жертвою, произошло от Аллах Яр-хана, который был главною пружиною предшествовавшей войны и признается всегда явным неприятелем Аббас-Мирзы и cильнейшею опорою враждующих к нему братьев, то с некоторою правдоподобностию заключать должно, что сие горестное событие было обдуманным последствием самого вероломного коварства, и что поводом к тому есть намерение вовлечь опять шаха и Аббас-Мирзу в войну с нами на тот конец, дабы истребить совершенно династию каджаров или же отдалить от наследства персидского престола Аббас-Мирзу в пользу кого-либо из его братьев, партия коих, как выше сказано, подкрепляется Аллах Яр-ханом. Насчет причины убийства Грибоедова я спрашивал муджтехида Ага-Мир-Фетта [тавризский сеид, перебежал к русским, был при Паскевиче], коему известны все дела и интриги двора персидского; он полагает, что оно учинено с умыслом, дабы показать народу, что правительство персидское не так боится русских, как полагают. Если полагаться на персидские известия, то Фетх Али-шах не только не участвовал, но и не предвидел возмущения, против Грибоедова случившегося, ибо он сам лично приехал для укрощения оного [ложный неофициальный слух, ничего такого не было], вместе с сыном своим генерал-губернатором тегеранским;  в подтверждение сей мысли может служить и то, что из числа сарбазов, находившихся в карауле [от персов]  при посланнике нашем, 4 человека убито его защищая и 30 человек ранено из войск Зилли-султана. Аббас-Мирза, сколько можно судить по его поступкам и в особенности по письму каймакама к Мирзе Салеху [приближенному Аббас-Мирзы], в коем [автор письма] живо описывает, сколько он [Аббас-Мирза] был поражен известием о смерти Грибоедова, по-видимому вовсе не причастен сему гнусному злодеянию, тем более что не далее как за десять дней утверждено им разграничение по новому трактату и весьма недавно прислано в Аббас-Абад 8 т[ыс]. туманов в счетъ 8 курура.При неизвестности настоящих обстоятельств, выводя разные заключения, можно предполагать, что англичане не вовсе были чужды участия в возмущении, вспыхнувшем в Тегеране, хотя может быть они не предвидели пагубных последствий оного [=истребления посольства и гибели посланника] (ибо они не равнодушно смотрели на перевес нашего министерства [посольства] в Персии и на уничтожение собственного их влияния);  доказательство неискренности их к нам я нахожу в рапорте ко мне бывшего при разграничении комиссаром полковника Рененкампфа, который между прочим меня уведомил, что после уже подписания акта о границах персидским комиссаром Мирзою Максудом сей последний получилъ копию с туркменчайскаго трактата за подписью английского министра [посла] Макдональда, в котором с умыслом границы показаны были неправильно и названия написаны неверно, но разграничение, как выше сказано, было тогда подписано и потому происки г. английского посланника остались тщетными. Впрочем, в каком бы виде ни были  представлены причины убийства посланника нашего в Персии и обстоятельства, оное сопровождавшие, достоинство Российской империи требует разительного удовлетворения за столь зверский поступок и неслыханное нарушение прав народных. Но при настоящей войне с Турциею и при тех значительных силах, которые собирает она в Азии, дабы остановить и даже уничтожить успехи наши, в прошлую кампанию приобретенные, при нынешнем числе войск, за Кавказом находящихся, совершенно невозможно начинать новую войну с Персиею".Все это разбивается об одну простейшую вещь:  атаку на русское посольство (30 янв.) учинили в связи с бегством туда Якуб-Мирзы (между 20 и 24 янв. 1829 года), и минимум до 25 или 27 января шах всеми способами вполне реально пытался истребовать Якуба от Грибоедова (который должен был выезжать из Тегерана через несколько дней). Некий перелом произошел после аудиенции Грибоедова у шаха, которую шах дал Грибоедову после неудачи этих попыток добиться от Грибоедова возвращения Мирзы-Якуба. На аудиенции Грибоедов изъяснил шаху, что по условиям Туркманч. договора если Якуб хочет уехать в Россию - то  и имеет на то право; шах был очень недоволен, Зилли-султан, его сын, предложил в присутствии шаха попробовать уладить  дело в еще одном совещании (с участием самого Мирзы-Якуба, муэтемеда Манучехр-хана  и Мирзы-Абул-Хасан-хана; так передает Мальцов, несомненно, верно; реляция, опубликованная англичанами от имени иранского чиновника, говорит, что договорились разбирать дело в совещании под председательством Мирсы-Месиха, верховного муллы Тегерана). Грибоедов согласился. Однако  по обоим источникам совещание так и не собралось: Мальцов пишет, что его все откладывали со дня на день персы, а реляция, в полном соответствии этому - что шах, пор-видимому, отказался от мысли вернуть Мирзу-Якуба (миром), передал, чтобы Грибоедов при выезде из Тегерана забрал с собой весь штат посольства (до того предполагалось, что Грибоедов оставит за себя Мальцова), так как не ручается за  безопасность этого остатка после отъезда Грибоедова ("шах взял назад свое согласие на то, чтобы Мальцов и Мирза-Нарриман, по отъезде посланника, имели пребывание в столице, опасаясь каких-нибудь неприятных столкновений, могущих возникнуть вследствие их неопытности в делах"), а когда Грибоедов послал Мальцова и Мирзу-Якуба в уговоренное разбирательство, то Мирза-Месих их не принял, отговорившись болезнью. После этого, стало быть, персы и переносили совещание со дня на день, а посольство некоторое время ждало - обычные персидские проволочки.Когда происходила аудиенция и этот перелом от непрерывных попыток истребовать обратно Якуба до означенного прекращения этих попыток и отказа от совещания = затишья перед бурей? Реляция говорит, что аудиенция была около 29 раджаба, а первый отказ Мирзы-Месиха провести совещание - 1 шаабана (25 января). Английский внутренний доклад  капитана Макдональда, отряженного послом Макдональдом, его братом, из Тавриза в Тегеран для выяснения происшедшего, говорит однако, что Мирза Якуб и явился-то впервые к Грибоедову "за 6 или примерно 6 дней" до гибели посольства, что сдвинет аудиенцию и отказ персов от нового совещания дня на три, на 26-27 января.Англичан, однако, в Тегеране не было вовсе - никого вообще. Здание английского посольства стояло в Тегеране, там хранилось под персидской охраной какое-то имущество посольства, но само посольство еще с 1828 - все до последнего человека - сидело в Тавризе, в 600 км. от Тегерана по совр. автодорогам. И уехало оно туда еще до того, как сам Грибоедов собрался из Тавриза в Тегеран. Этого не оспаривает никто. При этом у англичан в Тегеране не оказалось даже своих осведомителей об этом деле: как известно из дневников лорда Элленборо (а не только из официальных и иных англ. текстов), английское посольство в Тавризе не получало из Тегерана осведомления о происшедшем, узнало о нем, как и прочий Тавриз, по слухам, и выясняло, что же в точности произошло, командируя в Тегеран по получении этих слухов своего человека, да еще от частного лица - англичанина, услышавшего известие между Тавризом  и Камсином: June 8Received a private letter from Colonel Macdonald at Tabriz, with copies ofletters received by him from a gentleman he had sent to Teheran on hearingof the massacre of the Russian mission; and from another gentleman,travelling unofficially, who first heard the report between Tabriz andKamsin. These accounts only confirm what we had already heard of the arrogance andviolence of the Russians. They deserved their fate. (8.06 (1829). Получил частное письмо от полковника Макдональда из Табриза, с копиями писем, полученных им от господина [Рональда Макд.], посланного им в Тегеран после того, как он услыхал о об истреблении русского посольства, и еще от другого господина, путешествующего неофициально, который первым услышал сообщение  [о судьбе посольства] между Табризом и Камсином. Их сообщения только подтверждают то, что мы и так уже слыхали о дерзости  и насильственных злоупотреблениях русских. Они заслужили свою судьбу".Дневник Элленборо (как и  этот пассаж) переполнен самыми злобными нападками на Россию. Однако таковое направление  его политики никак не помешало тому, что посольству англичан в Тавризе из самого Тегерана никто даже из всех персиян,  дружественных англичанам (см. ниже), и вообще никто, не отправил по горячим следам осведомления о происшедшем, и им пришлось  для уяснения дела самим себе посылать в Тегеран из Тавриза миссию, а еще ранее - использовать  сообщение кого-то, кто хоть первым из англичан услышал это известие, находясь из них восточнее всего от Тавриза. Но и независимо от этого, чтобы руководиться англичанами в поднятии мятежа, персидские организаторы должны были после появления Мирзы-Якуба в русском посольстве (20-24.01), а еще точнее - после прекращения попыток вытребовать его у Грибоедова по-хорошему (24-27.01) снестись с англичанами в Тавризе, получить их разрешение / указание и после этого подготовить мятеж, который и вспыхнул с утра 30.01.Так быстро оно пройти никак не могло. Паскевич писал к Нессельроде в другом письме: "Если персидские министры знaли о готовившемся возмущении, то, несомненно, это было известно и aнглийскому посольству, у которого весь Тегерaн нa откупу", но он в этот момент не знал и не расчел времени и места: возмущение готовилось разве что с момента после аудиенции у шаха, и англичане не могли бы отреагировать на известие о его подготовке. Кроме того, англичане, как мы только что видели, вообще никаких известий из Тегерана не получили обо всем деле, и выясняли его постфактум.Альтернативой было бы разве что считать, что англичане уговорились с персами об изничтожении посольства  еще задолго до всякого бегства Мирзы-Якуба, и что самое бегство было спецоперацией персов для  получения возможности поднять народ на посольство (ПОМИМО персидского начальства англичане действовать не могли в любом случае: каким образом из Тавриза иностранцы могут поднять мулл и многотысячную толпу в Тегеране, да еще под предлогом (Мирза-Якуб), который и придумать они могли бы, только разузнав обо всем деле постфактум?). Вот поехал Грибоедов в Тегеран в дек. 1828, тут англичане (которые из Тегерана уехали в Тавриз еще раньше, до того момента, как Грибоедову пришло в голову ехать в Тегеран от своего постоянного места в Тавризе)  и решили: как все удачно, там его и уничтожить можно будет; послали к персидским начальникам, уговорились, что те поднимут на Гр. народ, а сами будут как бы ни при чем; проходит время, посольство никаких поводов поднять против него народ (о чем давно подрядились с англичанами) не дает, вот оно уже и уезжать должно - ну, решают персидские контрагенты англичан в Тегеране, так подошлем же Мирзу-Якуба якобы как перебежчика (пообещав ему уж бог его знает что) и создадим искомый повод. Потом Мирзу-Якуба, естественно, уберем.Такую гигантскую спецоперацию, правда, даже конспирологи сколько я мог видеть, не предполагают. Но при этом они и не объясняют, как англичане могли бы вмешаться в историю с Мирзой-Якубом после ее начала... Кроме того, непонятно, зачем им нужна была бы гибель русского посольства в Тегеране. Ослабить русское влияние в Персии такая гибель не  могла бы никак, а что могло еще интересовать англичан в  Иране? Новую войну России с Ираном  (=ослабления напора Паскевича на Турцию) к своим выгодам они вызвать этим все равно никак не могли бы:  если бы Россия не могла со стопроцентной гарантией вынести Иран и Турцию разом, она бы все равно не начала в ответ воевать с Ираном (как и произошло), даже если бы хотела; а если бы могла и хотела, то и вынесла бы, и позиции англичан в Иране рухнули бы вообще вместе с самим Ираном, а Турция все равно получила бы то, что получила. Гибели посольства англичане радоваться могли, а вот готовить ее им было бы незачем. Готовить  бунт и нападение на посольство могли либо 1) те, кто любой ценой, даже под риском войны с Россией (но надеясь, что ее не будет), хотел бы добиться скащивания недоплаченных в виде контрибуции куруров и фактического смягчения условий туркменч. договора ("вы видите, мы уже не властны над своим населением, оно поднялось на бунт; мы уже не можем с него взять остатка контрибуции, оно сметет нас самих") - этим "тем" дальнейшее взимание средств на выплату контрибуции должно было казаться большим личным риском, чем уничтожение посольства. Такими "теми" мог быть только сам шах; 1а) тот же шах, который хотел уничтожить во что бы то ни стало Мирзу-Якуба  2) те, кто, наоборот, хотел бы вызвать атаку России на Иран и падение шаха или всей династии (какие-то персидские большие люди, рассчитывающие нагреть на этом руки); 3) те, кто просто по фанатизму не желал терпеть того, что кяфиры делают в Тегеране и как диктуют правоверным свою волю, принимая евнухов и женщин из гаремов. Т.е. то самое духовенство Тегерана, которое мятеж и подняло непосредственно.Цель 1а) была достижима просто смертью Мирзы-Якуба; цели 1 и 2 - только истреблением посольства; цель 3 получала куда большую реализацию при истреблении посольства, чем лишь при смерти Мирзы-якуба.Посольство было атаковано двумя волнами: первая шла только за Мирзой-якубом и пр., вторая пошла уничтожать посольство. Была ли вторая волна стихийным развитием первой (люди разошлись и им показалось мало), или тут было "две руки", и одна хотела одного, а другая вовремя примешалась с другим - неизвестно. Но английскую руку среди них усмотреть трудненько.
20	http://wyradhe.livejournal.com/314568.html	"Как ясно указано в [Бертинских] анналах, никакого отношения к русам свеоны не имели"	___	___	"Как ясно указано в [Бертинских] анналах, никакого отношения к русам свеоны не имели"Это цитата из работы Е.С. Галкиной о "русском каганате" (очередная попытка оторвать неких правителей  IX в. с титулом/именем "хакан/Хакан", возглавляюших группу под названием "рос", от норманнов ; соотв. главка - http://www.e-reading-lib.com/chapter.php/13162/17/Galkina_-_Taiiny_Russkogo_kaganata.html ). Иногда у меня складывается впечатление, что отечественные авторы антинорманистского направления не хотят видеть оригинального латинского текста комментируемых ими источников. Про Бертинские анналы как раз на эту тему я тут уже писал (писание это было оправданно единственно тем, что я латынь знаю и анналов соотв. кусок в оригинале читал, как и огромное количество специалистов по истории Руси, но, видимо не как значит. часть пишущих о русском каганате), но пост этот съелся, почему и считаю возможным еще раз привести текст:Venerunt etiam legati Grecorum a Theophilo imperatore directi, Theodosius videlicet Calcedonensis metropolitanus episcopus et Theophanius spatarius, ferentes cum donis imperatori dignis epistola; quos imperator quinto decimo Kalendas Iunii in Ingulenheim honorifice suscepit. Quorum legatio super confirmatione pacti et pacis atque perpetuae inter utrumque imperatorem eique subditos amicitiae et caritatis agebat, necnon de victoriis, quas adversus exteras bellando gentes caelitus fuerat assecutus, gratificatio et in Domino exultatio ferebatur; in quibus imperatorem sibique subiectos amicabiliter Datori victoriarum omnium gratias referre poposcit. Misit etiam cum eis quosdam, qui se, id est gentem suam, Rhos vocari dicebant, quos rex illorum chacanus vocabulo ad se amicitiae, sicut asserebant, causa direxerat, petens per memoratam epistolam, quatenus benignitate imperatoris redeundi facultatem atque auxilium per imperium suum toto habere possent, quoniam itinera, per quae ad illum Constantinopolim venerant, inter barbaras et nimiae feritatis gentes inmanissimas habuerant, quibus eos, ne forte periculum inciderent, redire noluit. Quorum adventus causam imperator diligentius investigans, comperit, eos gentis esse Sueonum. Exploratores potius regni illius nostrique quam amicitiae petitores ratus, penes se eo usque retinendos iudicavit, quoad veraciter inveniri posset, utrum fideliter eo necne pervenerint; idque Theophilo per memoratos legatos suos atque epistolam intimare non distulit, et quod eos illius amore libenter susceperit, ac, si fideles invenirentur, et facultas absque illorum periculo in patriam remeandi daretur, cum auxilio remittendos; sin alias, una cum missis nostris ad eius praesentiam dirigendos, ut, quid de talibus fieri deberet, ipse decernendo efficeret.Перевод - А. Волынца, со многими необходимыми изменениями:Также пришли послы греков [византийцев], отправленные императором Феофилом, а именно Феодосий, епископ Халкедонской метрополии и спатарий Феофаний, несшие с дарами, достойными императора, письмо; император с почётом принял их в Ингельгейме в пятнадцатые календы июня. Кроме того, их посольство побуждало императора и подчинённых ему к подтверждению союза и постоянного мира между обеими сторонами, а также и относительно побед, которых он с помощью Небес добился в войне против иноземных народов, поздравления и ликование о Господе были принесены. Он [Феофил] по-дружески просил императора и его подданных вознести благодарность Подателю за все эти победы. Он [Феофил] также прислал с ними [своими послами Феодосием и Феофанием] неких [людей], которые говорили, что их, то есть их народ/племя (gens), звать Рос, и которых, как они утверждали, их король, именуемый хакан/Хакан, отправил ранее [к Феофилу] ради дружбы, и просил [Феофил] в упомянутом письме, чтобы они могли получить, поскольку это будет благоугодно императору, возможность вернуться [к себе через владения франков], а также помощь [в этом] через всю его [императора] власть:  он [Феофил], дабы они [послы Х\хакана] не испытали большой опасности, желал, чтобы они не возвращались теми же путями, по которым они шли к нему в Константинополь, каковые пути они проделывали среди варваров и очень жестоких и страшных народов.Очень тщательно исследовав причину их прихода, император узнал, что их народ/племя (gens) - свеоны (шведы). Cочтя, что они скорее разведчики от того королевства в наше, чем просители дружбы, он приказал удерживать их у себя до тех пор, пока смог бы наверняка выяснить, по-честному они пришли или нет, и это он не преминул сообщить Феофилу своим письмом через упомянутых его [Феофила] послов, [прибавив], что он их [послов х/Хакана] из любви к нему [Феофилу] принял с готовностью, и если они  будут найдены заслуживающими доверия, то он даст им возможность вернуться в [их] отечество без опасности и отпустит их туда с помощью; в противном же случае он направит их с одним из наших посольств в  его [Феофила] распоряжение,  чтобы тот сам принял решение, что с ними надлежит делать.***Спрашивается, вот как на этом фоне можно считать, что эти послы-де были сами этническими свеонами, но вот посланы были от каких-то не-свеонских [а славянских] русов? И русы эти, мол, жили где-то на юге Вост. Европы?Ведь:1. Сказано, что послы "сказали, что их, то есть их народ (gens), звать рос". То есть послы совершенно точно считали термин "рос" определяющим одинаково их самих и то сообщество, которое они представляли (то, что автор анналов вводит  в этой фразе "их" и "их народ" как разные объекты, приравниваемые однако друг к другу по своей гомогенной "рос"-ости через это "то есть, id est", означает, что послы именно что сообщали, что они - "рос" и их народ - "рос").Таким образом, предположение, что они сами - свеоны-не-росы, а посланы росами-не-свеонами, потребует считать, что послы насчет своей личной племенной принадлежности нарочито обманули императора франков. Они-то сказали, что они, то есть их народ, зовется рос, а на самом деле они cами и не росы никакие. И этот их обман так никто и не разоблачил (ибо в таком обмане Анналы их и не подозревают, хотя другие подозрения высказывают). Сам обман - совершенно в духе старой еврейской хохмы "я Беня, меня в Одессе никто не знает, назовусь там Сеней - все будут думать, что я Сеня, а я Беня, и так я обману всю Одессу".2. Император, проведя расследование специально насчет того, зачем они явились, выяснил, что их народ (gens) - свеоны. Это никак не повлияло на то, что Анналы совершенно спокойно, не упрекая послов во лжи, выше приводят их сообщение, что они и их народ (то же самое слово gens) - рос. Сам император, очень подозрительный в адрес послов,  именно в том,  что они назвали себя и свой народ-gens рос, а на поверку-то их gens - свеоны, тоже не видит никакой лжи, а цепляется вовсе не к этому  - он не обвиняет их  в том, что они выдавали себя не за тех, кем являлись, на это в тексте нет ни намека: то, что именно вызывает  в них недоверие императора, описано специально и очень подробно, но это "то" - нечто совершенно другое, император подозревает их в том, что они прибыли  не как послы  ради дружбы, а как разведчики с неким дурным умыслом, и ни в чем ином. Понять все это можно только одним способом: с точки зрения императора, по данным его расследования,  те "рос",  к которым относят себя и которых представляют послы (термин, франкам явно неизвестный) - это  и есть некая группа свеонов (это общность, франкам известная), так что между их заявлением (что они и их gens - росы) и тем, что выяснилось (что их gens - свеоны), нет какого-либо противоречия, подрывающего доверие к ним. Просто было ваяснено, к какой известной франкам общности принадлежит доселе неведомый франкам по имени gens "росы", а император лишь опасается, что послы прибыли от этих своих росов-свеонов не с добром, не в качестве дружественных послов (fideliter), как они сами утверждают, а ради разведки. И проверять он стал именно causa, причину/цель, ради которой они явились; просто по ходу этого исследования франки уяснили для себя, что их gens "рос" - это свионы, что императора ничем не обеспокоило...3. Далее, что вообще хотел выяснить император? Как видно из дальнейшего, он хотел выяснить, с какими задачами послы были посланы представляемыми ими сообществом ("тем королевством", см. ниже). И в ходе этого расследования уточнял идентификацию этих послов по gens'у - они свеоны. Но смысл-то при этом для императора - учитывая его цели - в первую (если не в единственную) голову имело выяснять то, ЧТО ЭТО ЗА СООБЩЕСТВО, которое этих послов послало, а не то, какова личная этничность этих послов, если уж она не совпадает с этничностью этого сообщества. И если в качестве результате этого расследования в Анналах приводится единственная идентификация (относящаяся к gens'у послов) - то относиться она должна именно к этому сообществу, а не к некоей личной этничности послов, отличной от него. Иначе вышло бы, что император  установил (а Анналы указали) именно и только личную этничность послов, а вот то, что же  за сообщество их послало, так и осталось неидентифицированным и неназванным - но интересовать-то императора и анналиста прежде всего должно было именно последнее!Итак, термин "свеоны" в Анналах относится к gens'у послов в смысле сообщества, представляемого послами, независимо от их личного племенного происхождения. 4а. К тому же выводу можно прийти иначе. В самом деле, парой строк выше именно в этом смысле было употреблено слово gens - послы, представляясь, говорят, что их gens - "рос", и их король послал их ради дружбы. Здесь gens однозначно называет сообщество, пославшее  этих послов - было бы верхом нелепости, если  бы послы, представляясь, вовсе не назвали отправившее их сообщество, а вместо этого назвали бы отличное от него племя, откуда они сами происходили бы.Но тогда и при втором употреблении выражение "их gens" применительно к послам должно бы иметь то же значение.4. Словосочетание "то королевство" по синтаксису пассажа однозначно подхватывает тот самый "народ (gens) свеоны": "император узнал, что их народ/племя (gens) - свеоны. Cочтя, что они скорее разведчики от того королевства в наше.... Тем самым (даже независимо от всего сказанного выше) свионская идентификация относится императором и Анналами именно к "тому королевству", которое послало послов, а не к какому-то их гипотетическому иному личному происхождению!Ниже, кстати, слово patria "отечество" (послов) относится к той стране, которая их послала и куда они хотят вернуться.5. Император франков опасается, что это не честные просители дружбы, а разведчики "того королевства", и во втором случае не желает ни помогать их возвращению домой, ни допускать их пребывания и перемещения в своей стране.Если эти люди посланы неким принижнеднепровско-причерноморским сообществом, то чего императору тогда бояться? Вот разведают эти люди что-то в землях франков, и придут потом с нижнего Днепра набегом, воспользовавшись выясненной информацией вредоносным для франков образом? Это и обсуждать нечего. А вот если это сообщество циркумбалтийское или тяготеющее к циркумбалтийскому ареалу и не порвавшее с ним связь, то императору есть из-за чего интересоваться, разведчики они или истинные послы: из Скандинавско-Балтийского региона нападения могут идти и на северо-восточные рубежи, и на центральные земли империи франков.6. Из просьбы послов и Феофила следует, что через империю франков послам легче вернуться в пославшее их сообщество / в свою patria-отечество, чем из Константинополя, поскольку на пути из Константинополя живет много страшных народов - а на пути туда же из франкских пределов таких народов, стало быть, намного меньше. Из этого твердо следует, что сухопутная часть пути от франкских границ до страны, куда послы хотели вернуться, была если и ненулевой, то намного меньшей, чем сухопутная часть пути туда же из Констанинополя (в море не живут никакие народы, даже и страшные). Но тогда Нижний Днепр и Причерноморье для локализации искомой страны отпадает: туда-то по суше двигаться в любом случае пришлось бы намного меньше из Константинополя, чем от франков. По соображениям 5-6 сегмент Киев-Смоленск окажется самым южным из подходящих для локализации "королевства" х/Хакана ареалов,  причем Киев скорее за его гранью.Итак, имеем:Согласно Анналам, имеется некий gens (народ),  послы которого сказали, что "их, то есть их gens-народ звать рос", а расследование императора, которому этот термин ни о чем не говорил, показало, что означенный gens - свионский (то есть эти росы - группа свионов). Этот народ рос образует  "королевство", правит которым пославший этих послов король, "именуемый хаканом/Хаканом". Скандинавское имя Хокон зафиксировано и в форме "Хакан", а из письма имп. Людовика виз. императору в 871 г. (приводится в "Салернской хронике") известно, что правитель каких-то "нортманнов" величался к тому времени (по крайней мере в представлении византийцев) хаканом, тем же титулом, что правители авар, хазар и  пр. (Людовик к сему пишет, что вот на латинском Западе не принято называть хаканами никого, кроме к тому времени давно сгинувших правителей авар). Так что титул ли тут хакан или сканд. имя Хакан, сказать наверное нельзя (чем дальше, тем больше кажется более вероятной первая точка зрения). Но королевство "росов" этого "х/Хакана" находилось в ареале, более тяготеющем к Балтике, чем к Черному морю, - то есть не от Киева южнее (и не очень вероятно, что в самом Киеве).Как на этом фоне можно развивать теории о том, что послы по личному происхождению были свеоны, но вот представляли сообщество каких-то  не имеющих никакого отношения к свеонам русов, да еще заявлять, что "как ясно указано в [Бертинских] анналах, никакого отношения к русам свеоны не имели" - когда на деле там ясно указано прямо противоположное?Видимо, очень просто: в оригинал не смотреть, использовать сокращенный перевод или изложение, в первой фразе с gens  ("сказали, что их, то есть их gens, звать росами") понимать "народ" как сообщество, пославшее этих послов, вторую фразу с gens ("выяснил, что их gens - свеоны") чуть переиначить в "что они из народа свеонов", так что при желании выйдет, что здесь как бы уже не об идентификации их народа, а об их личном происхождении говорится (на деле и там, и там речь идет обо одном и том же - словосочетание "их gens" стоит в обеих фразах) - и будет счастье...
21	http://wyradhe.livejournal.com/313422.html	Похоронен был дважды (?) заживо: "новгородский король, погибший при Калке"	___	___	Похоронен был дважды (?) заживо: "новгородский король, погибший при Калке".Под 1221 в "Хронике Ливонии" Генриха Латвийского (написана в 1225-1226) сказано о том, как Богоматерь хранит немецкую Ливонию от всех врагов:"А когда великий король Новгорода в первый раз разорил Ливонию, разве она внезапно не лишила его королевства, так что он был позорно изгнан своими же горожанами [речь идет о походе Всеволода Мстиславича из смоленской княжеской ветви, до 1221 он сидел некоторое время князем в Новгороде, в 1218/19 ходил войной с новгородцами в Ливонию, а в 1221 новгородцы его выгнали, см. ниже]? Разве не послала она смерть от руки татар на другого новгородского короля, во второй раз разграбившего Ливонию?" Этот второй раз описан у Генриха Латвийского как раз под 1221 г.: "Русские... пришли с большим войском, во главе которого стоял король новгородский, в следующем же году (=при Калке, см. ниже) убитый татарами" (далее описывается его поход на Венден, опять сумевший оборониться).Под следующим, 1222 годом в той же хронике стоит рассказ о битве при Калке (реально имела место в 1223): "В тот год в земле вальвов[половцев]-язычников явились татары. ...И бились с ними татары, и победили их, и истребляли всех мечом, а иные бежали к русским, прося помощи. И прошел по всей Руссии призыв биться с татарами, и выступили короли со всей Руссии против татар, но не хватило у них сил для битвы и бежали они пред врагами. И пал великий король Мистослав Киевский  с сорока тысячами воинов, что были при нем. Другой же, король Галицкой земли [досл. "Галатии"] Мистеслав,  спасся бегством. Из остальных королей пало в этой битве около пятидесяти. И гнались за ними татары шесть дней и перебили у них более ста тысяч человек (а точное число их знает один Бог), прочие же бежали. Тогда король смоленский, король полоцкий  и некоторые другие русские короли отправили послов в Ригу просить о мире. И возобновлен был мир, во всем такой же, какой заключен был уже ранее". Что за "король новгородский", который в 1221 (по Генриху) вторично разорял Ливонию, а потом-де был убит при Калке?Новгородская 1 (ПСРЛ1, III, 38) и Троицкая (ПСРЛ1, I, 216) летописи сообщают, что в 1221 новгородцы выгнали своего вышеупомянутого князя Всеволода Мстиславича (из смоленской княжеской ветви; его отец, Мстислав Старый, княжил в Смоленске, а потом с 1214 был великим князем Киевским, и в 1223 попал в плен на Калке и погиб) и испросили нового у Юрия (Гюрги) Всеволодовича Владимирского, тот прислал им новым князем своего малолетнего сына Всеволода Юрьевича (назначать в Новгород малолетних сыновей князей Владимирских уже вошло в практику), а в реальную помощь ему отрядил своего брата Святослава Всеволодича, и тот-то командовал походом на Ливонию и Венден; в поход пошли новгородцы и дружина Святослава. Всеволода Юрьевича взяли с собой (это видно из того, что Троицкая летопись, сказав о присылке Всеволода и Святослава в Новгород из Владимира, говорит, что на Венден пошли "князья" во мн.ч. - то есть оба этих князя), и именно он был Новгородским князем во время этого похода. Через несколько месяцев  после этого новгородцы выгнали и Всеволода Юрьевича.Неприятность, однако, в том, что Святослав  Всеволодич мирно скончался в 1252 (и при Калке его не было), а Всеволод Юрьевич хоть и был убит татарами, но вовсе не при Калке (где его тоже не было вовсе), а во Владимире в 1238, так что сообщение ливонской хроники 1225-1226 г. о гибели "новгородского короля", опустошившего Ливонию в 1221/22, на Калке от татар, подразумевает-то кого-то их этих двоих, но применительно к ним ошибочно, и могло получиться разве что в результате перетолкования ливонцами какого-то известия, исходно не относившегося ни к тому, ни к другому. При этом, поскольку хроника четко противопоставляет новгородского короля, разорявшего Ливонию в первый раз и покаранного изгнанием из Новгорода (это-то точно Всеволод Мстиславич), и новгородского короля, разорявшего Ливонию во второй раз, и покаранного гибелью в следующем же году на Калке, подразумеваться под ними должны разные лица.Специалисты нашли, откуда могла возникнуть путаница. У изгнанного накануне похода новгородцами князя Всеволода Мстиславича (из смоленской ветви; по изгнании из Новгорода он остался без стола) был брат Святослав Мстиславич, который в 1222, возможно, стал князем Полоцким, и во всяком случае был им к 1232, когда во главе полочан добыл себе престол родного Смоленска (Новг. 1-я говорит под 6730 г., что 17.01. "Ярославичи/ярославцы, смоляне взяли Полоцк при [местных] князьях Борисе и Глебе", под 6740 - что Святослав Мстиславич взял на щит Смоленск "с полочанами", а в промежутке Витебск и Полоцк /и вообще вся Полоцкая земля/ рассматриваются в договоре Смоленского князя Мстислава Давыдовича с Ригой и Готландом в 1229 как центры, полностью зависимые от него; занимавшие их князья являлись тогда его подручниками-вассалами).Пара Всеволода и  Святослава Мстиславичей смоленских легко  могла быть в сюжетах, связанных с Новгородом, частично контаминирована и перепутана с парой Всеволода Юрьевича и Святослава Всеволодовича владимирских, поскольку Всеволод Мстиславич был изгнан из Новгорода, заменен Всеволодом Юрьевичем, но и того новгородцы немедленно после похода на Венден прогнали - и оба имели по брату Святославу. Между тем Всеволод Мстиславич и точно участвовал в битве при Калке вместе со своим  отцом, Мстиславом, князем Киевским (это сообщает Тверская летопись, которая определяет его при этом как сына князя Киевского; неизвестно, занимал ли он в это время хоть какой-то стол, весьма вероятно, что нет), а Святослав Мстиславич вполне мог в ней участвовать (источники такого не упоминают, но они тут вообще весьма селективны). Оба они отменно пережили год битвы при Калке (в частности, действовали и в конце 1230-х); но к 1225 в Ливонии вовсе не обязаны были этого знать, и слух о гибели кого-то из них при Калке и отразился в сообщении Генриха.Никоновская летопись 16 века сообщает, что при Калке Мстислав Киевский погиб с детьми и с зятем. Погибшие дети не названы; либо это неизвестные нам дети, либо тут отразился взятый в конечном счете из какого-то раннего источника тот же слух, что передает Генрих.Кого же с кем спутали в Ливонии? Это зависит от того, кого из двух князей, участвовавших  (один, малолетний Всеволод Юрьевич - присутствовал,  другой, Святослав Всеволодович - командовал) в походе из Новгорода на Ливонию в 1221/1222 г.,  воспринимали в Ливонии в 1225  как "новгородского короля", пошедшего на Ливонию этим походом. Если они таковым считали Всеволода Юрьевича, котоый и в самом деле официально был при этом походе новгородским князем, то, услыхав через надцатые руки о гибели Всеволода (реально - Мстиславича) при Калке, они теоретически могли бы решить, что это как раз тот самый Всеволод Юрьевич. Но дело в том, что Всеволод Юрьевич в 1224 опять был прислан в Новгород своим отцом, оказался там вовлечен в новый конфликт с новгородцами, со всем этим делом разбирались с участием его отца (в итоге Всеволод все же отъехал к отцу восвояси)...  Обо всем этом - поскольку речь шла о конфликте именно в Новгороде - в Ливонии не узнать не могли. Словом, к 1225 году в Ливонии должны были прекрасно знать, что Всеволод Юрьевич жив и здоров.Значит,  лиходейным "новгородским королем" похода 1222-1221 считали в Ливонии Святослава Всеволодовича, который и в самом деле этим походом командовал, а Святослав Мстиславич и в самом деле участвовал в битве при Калке вместе с братом и отцом, и  вот до Ливонии дошли слухи, что он погиб (те же слухи, что отразились в источнике Никоновской летописи?) - и в Ливонии  решили, что речь идет о Святославе Всеволодиче, и возрадовались. Святослав-то Мстиславич потом княжил в Полоцке, и если в 1222 там и вправду сел (а похоже на то), то к 1225, надо думать, вернулся; но то, что _он_ остался жив, немцам никак не могло помешать писать про гибель новгородского короля (Святослава) при Калке, потому что они-то полагали, что дошедшее до них известие о гибели князя Святослава от татар при Калке относится к Святославу Всеволодовичу. А то,  что и он остался жив (и под Калкой вовсе не был), к 1225-1226 до автора хроники не дошло.Кто же был тот король Полоцка, что после Калки послал вместе со смоленским князем послов искать мира с Ливонией? Либо Святослав Мстиславич, вернувшийся от Калки в Полоцк (и не знавший, что ложное известие о его смерти доберется до Ливонии, и будет истолковано там как относящееся к Святославу Всеволодовичу), либо кто-то другой из смоленской ветви, кто сидел его заместителем в Полоцке, пока он ходил на Калку - либо, наконец, Святослав Мстиславич сел в Полоцке не в 1222, а  позже, а в 1222 по взятии смолянами город достался не ему, а кому-то другому из смоленской ветви - и этот кто-то и есть тот самый король. В первом и втором случаях выйдет, что Полоцкий князь тоже ходил на Калку, в третьем - нет; но в любом случае Полоцкая земля с 1222 подпала под верховную власть Смоленска, а Смоленск в калкинской кампании участвовал весьма активно.
22	http://wyradhe.livejournal.com/313087.html	Ворог Настаська , произведенная в Анастасию Чарг	___	___	Ворог Настаська,произведенная в Анастасию Чарг(1) Чагровичи. Ипатьевская летопись сообщает, что в ходе распри между вел. кн. Киевским  Мстиславом Изяславичем (внуком Мстислава II) и его дядей, Владимиром Мстиславичем (сыном Мстислава II), сидевшим в южной части Киевщины, они поцеловали было крест о примирении в 1167 г., но тут дядя-Владимир "преступил клятву на кресте: начали к нему посылать Чагровичи: Чекман, и брат его Тошман, и Моначук; Владимир же был рад их предложению, и послал к Рагуйлу Добрыничу,  Михалю и Завиду, сообщив им свой замысел. И сказала ему его дружина: "Ты, князь, это сам с собой [без совета с нами] замыслил, а мы не пойдем с тобой, мы о том не ведали". Владимир же сказал, воззрев на младших дружинников ("детских") - "А [тогда] это [теперь] будут мои бояре!" И поехал к берендичам [как сейчас увидим  - с этими самыми "детскими", причем, как опять же увидим, лишь с немногими из них, да еще с женой]. И встретился с берендичами ниже Ростовца. Увидели они, что он едет, [считай], один, и говорят ему: "Ты нам так говорил: "Все братья, а именно Владимир Андреевич, и Ярослав, и Давыд, на моей стороне" - но вот едешь один, и без мужей [бояр и большей части дружины] своих, а нас прельстил, а нам лучше в чужую голову [зло направить], чем в свою!" - и начали в него пускать стрелы, и в князя двумя стрелами попали. И сказал князь: "Не дай Бог язычнику верить никогда, а я уж погиб и душой, и жизнью!" - и побежал. И там перебили [берендеичи] детских его рядом  с ним, а сам он убежал к Дорогобужу. Туда же и жена его перед ним бежала". Берендеичи - это какая-то группа берендеев, кочевников печенежской волны, обитавших после прихода следующей, половецкой волны, в русских пределах и на русской границе (где частью начали селиться еще до половцев); часть их и половцам могла подчиняться.  Стол Владимира Мстиславича (Триполь) находился как раз у зоны расселения берендеев Киевщины.  Специалисты разнятся, однако, во мнении о том, что это за Чагровичи (Чекман, Тошман и Моначук) такие: одни полагают, что это некая орда половцев,  другие - что это главный род тех самых берендеичей принедепровских, о которых идет речь ниже в том же рассказе, а П.П. Толочко и вовсе произвел этих Чагровичей в галицких бояр (!) - поскольку отождествил их с одноименными (?) персонажами галицкой истории 1171 г. (о которой см. ниже).Я тут не специалист, а лишь читатель, но как читатель без колебаний предпочту отождествление Чагровичей как предводителей тех самых берендеев, к которым поехал князь. Без этого отождествления, по-моему, текст и поведение князя теряют смысл. Ведь что говорит летопись? Удельный князь части Киевщины Владимир хотел нарушить  клятву о мире и вновь начать войну с племянником, вел. кн.  Киевским Мстиславом.  К Владимиру "начали посылать" пресловутые Чагровичи, и в ходе этих пересылок (а сама форма глагола говорит, что пересылались Вл. и Чагр. друг с другом по этому поводу не раз) они выработали план совместной войны против Мстислава. Владимир известил об этом плане Рагуйла, Михаля и Завида; по контексту ясно, что это - главные мужи его дружины, которая в следующей же фразе в прямой ответ на указанное извещение заявляет князю, что он свое решение нарушить клятву принял сам без совета с ними, а они ему в таком деле не помощники. Говорили, естественно, старшие дружинники - бояре. Владимир, непосредственно обращаясь к младшим дружинникам, заявил в ярости, что вот теперь они  его бояре - и направляется к берендеям (вместе с теми очень немногими младшими дружинниками, которые приняли от него такую честь и примкнули к нему в этом конфликте; их было так мало, что он ехал все равно что один), причем, оказывается, с этими берендеями у него уже и переговоры, и договоренности имели место о той самой  войне против Мстислава, так что он и рассчитывает их теперь на эту войну поднять, "веря язычникам" = этой самой договоренности. Они отвечают, что он совсем иначе рисовал им расклад сил на этой войне (когда они договаривались), и пытаются его и всю его свиту убить. Но позвольте, он же этот план снова воевать с Мстиславом вырабатывал только с Чагровичами, да потом еще сообщил его  дружине (и сразу после вызванного этим конфликта отправился к берендеям), - причем же тут берендеи, откуда у него взялись переговоры и заручки о той же войне С НИМИ? Если считать, что Чагровичи - это и есть правящий род данных берендеев, то все становится на свои места: с ними он в пересылках вырабатывал план войны, к ним он и едет, когда этот план не поддержала его дружина, они ему и говорят, что подряжались они воевать против Мстислава ВМЕСТЕ с его, Владимира, силами, а не ВМЕСТО них.Итак, данные Чагровичи - берендеи южной Киевщины.(2) Ворог Настаська.  Согласно той же Ипатьевской летописи, галицкий Ярослав Осмомысл (чье прозвище означает "Восьмимысленный" = Многоумный) при жене Ольге Юрьевне, от которой был у него сын-наследник Владимир, завел наложницу Настасью, от которой был у него сын Олег, и тому Олегу он хотел передать (и в итоге в самом деле передал) Галицкий престол.  С наложницей, как можно вывести из выражений текста, он стал жить вместе, а с женой врозь. Тогда Ольга и примерно 20-летний Владимир пошли на сильный ход: в 1171 они бежали в Польшу вместе с частью бояр Ярослава. Произошел, таким образом, прямой раскол. В оставшейся дружине сформировалась группировка, стоящая на стороне Ольги и Владимира. Через 8 месяцев их пребывания в Польше боярин Святополк из галицкой дружины тайно писал им от своего имени и от имени всей этой группировки, заявляя: "А князя тебе схватим". Владимир поехал уже в пределы Галицкого княжества, чтобы сесть там и начать длительную, как он думал, борьбу за возвращение в Галич (он, как можно заключить из одной фразы летописи, собирался сесть в Галиче сам, свергнув отца; этой идеи с боярином Святополком он не обсуждал и не согласовывал - на эту тему он сговорился с одним из удельных галицких князей, Святославом) - но тут получил от Святополка извещение: "Езжай [в Галич] скорее:  отца мы тебе схватили, приятелей его, чаргову чадь, перебили, а что до твоего ворога Настаськи - галичане, соорудив костер, сожгли ее, а сына ее [Олега] поместили в заточение (по малолетию? из уважения к крови князя Ярослава? - А.Н.), а князя привели к крестоцелованию, чтоб имел княгиню [Ольгу] подлинно как жену. И на этом договорились [с князем] (отца ти есмы яли и приятели его, чаргову чадь, избиле. А се твой ворог Настаська — галичани же, накладъше огнь сожгоша ю, а сына ея в заточение послаша, а князя водивше ко кресту, яко ему имети княгиню вь правду, и тако уладившеся)".Владимир и Ольга вернулись, причем Владимир должен был быть очень огорчен: он-то собирался сам сесть в Галиче, уже договорился об этом с союзником, - а тут ничего не знавший об этом Святополк с прочей дружиной сорвал ему все дело и еще хвалится тем, как все здорово вышло и как они оставили  Ярослава при власти, вернув его на путь истинный (кстати, очень быстро Ярослав выгнал Ольгу и Владимира снова, а престол Галича в итоге так-таки передал Олегу)....Итак, произошел мятеж, причем мятежники постфактум оформили результаты мятежа пактом с князем, находившимся в их руках. (Я не думаю, что это оформление можно каким-то образом рассматривать как признак того, что и само сожжение Настаськи и заточение Олега получали какое-то правовое  оформление даже у самих восставших и вписывались бы в какие бы то ни было правовые нормы [в этом случае речь шла бы об  применении к Настасье кары "потоком и разграблением" в ее самом сильном гипотетическом варианте]. Хватать князя и силой его к чему-то принуждать - это уж в любом случае внезаконный акт, да и кто такие эти "галичане", чтобы _по праву_ выносить кому-то приговор к потоку и разграблению помимо князя, при том, что в Галиче имеется законный князь? Боярин Святополк, кроме того, ничего не пишет ни о каком органе, процедуре и пр.: костер развели и сожгли - и все. Понятно, что Святополк извещает суммарно, и даже если бы пресловутые "галичане" были вечем или уполномоченными вечем, и приговор выносило бы это самое вече, все эти подробности Святополку не  было бы никакой надобности поминать; но коль скоро он обо всем таком молчит, какие же основания предполагать здесь какое-то вече и пр., как иногда делается? Из того, что Святополк вводит  ДВЕ действующие силы: "мы", которые схватили князя (=дружина), и отличные от этих "нас" "галичане", расправившиеся с Настасьей, - следует, что словом "галичане" тут называются именно люди самого города Галича, а не двор и дружина князя. Но если какие-то горожане поднимают организованный в какой-то части мятеж, то им совсем не обязательно делать это с оформлением указанного мятежа решениями каких-то традиционных институтов городского самоуправления. Понятно, что у заговора были предводители, принимавшие решение - как справедливо отмечается, стихийно  кого-то заточить трудно, это можно сделать скорее чьим-то решением в насколько-то организованном порядке. Но и любая группа  может принимать и проводить такое решение, и от этого оно не становится приговором какого бы то ни было органа власти, оформленным в рамках действующего права.  Самая обычная силовая расправа, которую постфактум власть вынуждена под клятвой признавать - под напором расправившихся - имеющей силу и не подлежащей преследованию, то есть как бы узаконяет ее, - это стандартное явление и в Средние века, и в Новое время).(3) Чаргова чадь. В сочетании с селом Чагровым близ Галича (там же недалеко еще и село Настасово, но связывать его с именно этой Настасьей было бы слишком романтично)  и упоминанием  в киевских делах в 1167 г. Чагровичей, так неудачно для Владимира Мстиславича с ним взаимодействовавших, специалисты склоняются к той мысли, что Чаргова чадь - это какая-то галицкая группа Чагровичей.Эта группа, конечно, не должна связываться с Чекманом и пр.; существование многих групп берендеев-Чагровичей (т.е. разных орд, возглавлявшихся Чагровичами) так же естественно, как существование разных княжеств Рюриковичей.А вот имеет ли эта галицкая группа Чагровичей какое-то отношение к ворогу Настаське? Чаргову чадь перебили в ходе мятежа, направленного против князя и Настасьи. Но из этого никак не следует, что Чаргова чадь была как-то специально связана с Настасьей, например, родством.  Она просто могла составлять вернейшую опору Ярослава Осмомысла на тот момент: вполне естественно, что при открытом расколе дружины и вероятной нелояльности оставшейся в Галиче ее части и самого Галича князь пытается опираться на инородческую боевую группу, будь она варяжской, тюркской.... Отметим, что согласно сообщению боярина Святополка он с прочими силами дружины схватил самого князя и перебил Чаргову чадь, а мятежные горожане учинили расправу Настасье и Олегу. Такая раскладка по меньшей мере не поощряет идеи о связи Чарговой чади с Настасьей - в этой раскладке Чаргова чадь ассоциирована с князем как объект удара одной и той же части заговорщиков, а Настасья и Олег выступают как объект удара другой части. Чаргова чадь определяется Святополком именно как "приятели его=князя", а сама конструкция его сообщения вводит Настасью как объект, скорее не имеющий к этой чади никакого собственного отношения: "приятелей твоего отца, чаргову чадь, мы..., а что касается твоего врага Настаськи, то ее..."  Родство Настасьи с Чарговой чадью на этом фоне оказывается домыслом - не невероятным as it, но и ни на чем не основанным.Тем не менее в популярной литературе, СМИ и сети гуляет история о половчанке/берендейке Анастасиии Чарг или Анастасии Чагрович, девушке из клана Чагровичей, а разом уж и родственнице Чекмана и прочих Чагровичей из киевской истории 1167 года. Анастасия Чарг или Анастасия Чагрович действительно звучит гораздо красивее,  чем "ворог Настаська"...***(Сколько сюжетов пропущено. Какая-нибудь аналогичная история Альфонсо VIII и Фермозы/Рахели стала за след. 800 лет сюжетом десятков книг, а в последние 100 из них - и фильмов. А тут?)
23	http://wyradhe.livejournal.com/312676.html	Князь Ростислав в земле чужой	___	___	Князь Ростислав в земле чужойКнязь Ростислав Всеволодич (род.1070 - 1093), младший брат Владимира Мономаха, выступал всегда вместе с ним его помощником, воевал вместе с ним против половцев (о чем Владимир специально вспоминает в своем Поучении десятки лет спустя), в 1093 посажен им княжить в Переяславе, и в том же году, 26 мая, погиб на глазах у брата в 20 с небольшим лет в сражении на реке Стугне с половцами - командовал Святополк Изяславич, великий князь Киевский, участвовали также Владимир (тогда кн. Черниговский) и Ростислав. Накануне битвы, говорит Повесть временных лет, "Святополк, Владимир и Ростислав созвали свою дружину на совет, желая перейти реку [Стугну], и начали [об этом] совещаться. И сказал Владимир: "Стоя на этой стороне реки, в грозном [для врага положении], мы заключим с ними мир!" [Он имел в виду, половцы не осмелятся штурмовать их через полноводную Стугну, так что их положение выигрышно, пока они остаются на противоположном от половцев берегу реки, тем более, что стояли они на правом, т.е. более высоком берегу. Половцам оставалось бы мириться, отказываясь от дальнейшего нашествия]. И примкнули к этому совету разумные мужи - Ян и другие. Киевские же [мужи] не захотели принять этого совета, но сказали: "Хотим сразиться - перейдем на ту сторону реки". Этот совет понравился, и перешли реку Стугну. Она же тогда очень наводнилась".На некотором расстоянии за Стугной состоялось сражение. Та же ПВЛ продолжает: "Была жестокая битва и побежали Владимир с Ростиславом и воины их. И прибежали к реке Стугне, и пошли вброд через нее Владимир с Ростиславом, и начал тонуть Ростислав на глазах Владимира. И тот хотел подхватить брата своего и чуть сам не утонул. И утонул Ростислав, сын Всеволода. Владимир же переправился вброд с малой дружиной - ибо из его полка многие пали, и бояре его там пали, - и перейдя на ту сторону Днепра, плакал по брату своему и дружине своей, и идя к Чернигову, был очень печален... Ростислава же, поискав, нашли в реке, и взяв, принесли в Киев, и плакала по нему мать его, и все люди очень жалели о нем, из-за его юности".С той же жалостью Ростислава через сто лет вспоминает устами князя Игоря автор "Слова о полку Игореве". Там Игорь бранит Стугну как худую реку, говоря: "Скудную струю (сама) имея, поглотив чужие ручьи и потоки, расширенная к устью, юношу князя Ростислава (в себе) заключила. На темном берегу Днепра плачет мать Ростислава по юноше князе Ростиславе. Уныли (даже) цветы от жалости, и древо тоской к земле пригнуло".Все это тем удивительнее, что гибель Ростислава в воде происходила, согласно Киево-Печерскому патерику (28), на следующем фоне. "Преподобный Григорий пошел к Днепру за водой. В то же время приспел сюда князь Ростислав Всеволодич, желая идти в Печерский монастырь для молитвы и благословения, ибо он, с братом своим Владимиром, шел в поход против пошедших войной половцев. Увидали княжеские дружинники-"отроки" старца и стали глумиться над ним, выкрикивая срамные слова. Монах же, провидя, что все они уже близки к смерти, стал говорить: "О чада! В то время как вам следовало бы иметь умиление и призывать всех много молиться за вас, вы лишь тем больше зло творите, - не угодно Богу это. Напротив, плачьте о своей погибели и кайтесь в своих согрешениях, чтобы хотя в страшного суда день принять отраду, ведь вас уже постиг суд, поскольку все вы в воде умрете, и с князем вашим!". Князь же, ни страха Божия не имея, ни словам сего преподобного не вняв сердцем, подумал, что тот лишь пустое говорил, когда пророчествовал его, и сказал: "Мне ли предсказываешь смерть от воды, умеющему вброд ее переходить?!" ("Мнѣ ли повѣдаеши смерть от воды, умѣющему бродити посреди еа?"). И тогда князь, разгневавшись, повелел связать ему руки и ноги, повесить ему камень на шею и бросить в воду. Так был он утоплен".Через два дня братия нашла его тело. Далее, согласно Патерику "Ростислав же не счел за вину греха [того] и не пошел в монастырь от ярости. Не захотел он благословения, и оно удалилось от него; возлюбил проклятие, и проклятие пало на него. Владимир же пришел в монастырь для молитвы. И были они [потом за Стугной] у Треполя, и произошло сражение, и побежали князья наши от лица врагов. Владимир, ради святых молитв и благословения, переправился через реку; Ростислав же, как и говорил святой Григорий, утонул со всеми своими воинами (Владимерь же прееха реку молитвъ ради святыхъ и благословениа; Ростиславъ же утопе съ всими своими вои по словеси святаго Григориа)".Патерик, как видим, даже говорит, что Ростислав утонул "со всими своими вои", а не только с теми дружинниками, которые обижали старца.Этот эпизод на всеобщую скорбь о князе (см. выше ПВЛ и Слово о полку) совершенно не повлиял. Можно было бы допустить, что он сочинен много позже (Киево-Печерский Патерик - текст, сформировавшийся к рубежу 14-15 вв.), но кажется, что есть один характерный момент: сам автор рассказа о Григории тоже как будто к князю относится хорошо и старается хоть как-то смягчить его вину. Ведь автор специально (и без всякой надобности) указывает, что дело было в том, что Ростислав подумал, что монах вовсе не пророчество восчувствовал, а под видом пророчества говорит пустые слова - то есть просто в ответ на какие-то срамные слова со стороны дружинников князя сознательно учинил со злости крайнее поносное злоречие / пожелание беды не только им, но и ему, князю (хотя он-то, князь,  его и не ругал), провозвестив им  поражение и гибель, да еще и даже не в бою, а в воде - то есть разом и плохую смерть, без бранной чести, смерть утопленника. Но за такое разгневаться и вынести кару было  бы для князя вполне оправданно (хотя едва ли в адрес монаха, да еще именно такую кару) - таковое поношение и зложелание в свой адрес никакой князь спускать с рук вообще-то    обязан не был бы (иное дело, что тут был монах, и он все-таки не поносил и не зложелал дословно, а предсказывал). Это уточнение объясняет мотив Ростислава и рисует его в несколько менее черном свете по сравнению с тем, каким он предстал бы без такого уточнения, хотя вины с него, конечно, не снимает. Считай автор Ростислава злодеем - зачем было бы объяснять специально, что он предал Григория казни именно потому, что счел его заявление не пророчеством, а "пустым словом", то есть  намеренным, незаслуженным и сильным бесчестящим оскорблением в свой адрес (каким это заявление и было бы, будь оно в самом деле продиктовано не провИдением, а чем бы то ни было иным)? Более того, это уточнение в автор текста в Патерике дополняет тем, что Ростислав, чей гнев не остыл, не счел свое дело виной и потому не покаялся в нем и не пошел в монастырь, и вот именно этим "не захотел благословения" и заслужил свою гибель в воде - то есть, во-первых, выходит, что Ростислав  вообще-то мог признавать себя виноватым, себя оценивал, но вот в данном случае за собой вины не видел (про закоренелого злодея-самодура не будешь оговаривать, что он такое-то свое злодейство "не счел виной" - сама такая постановка вопроса к нему не особенно идет), а во-вторых, выходит, что если б он раскаялся и пришел в монастырь с этим раскаянием,  то и не заслужил бы в глазах авторa такой кары от Бога: погубил себя он, согласно изложению, не самой казнью Григория, а тем, что счел себя в этом деле правым и не пошел "от ярости" (для его возраста - пресловутой "юности" - не столь отягчающей, как для какого другого) в монастырь. И, как видим, автор всячески подчеркивает, что Ростислав все это делал в гневе (а непустую причину для гнева тоже специально назвал, см. выше). Так что похоже, что к князю Ростиславу автор относится в целом хорошо и с сожалением,   - но уж что виноват, то виноват.  А вот это отношение в целом лежит в том же русле, что печаль по князю в текстах 11-12/13  вв., что уменьшает вероятность считать ядро этой истории (т.е. казнь Григория Ростиславом за предвещание / пожелание ему Григорием плохой погибели и поражения, сделанное Григорием в ходе ссоры с его людьми - не обязательно смерти в воде, естественно) поздним вымыслом.Наконец, в 19 веке та же история из патерика не помешала в том же духе, что ПВЛ и Слово о полку,  написать о Ростиславе Алексею Конст. Толстому (причем тут Ростислав изображен как так и не поднятый из реки, хотя вообще-то его потом нашли и похоронили в Киеве, а река переехала в некую чужую землю, даром что она в русских пределах не очень далеко от Киева, а Ростислава умчала в эту реку ладья, хотя шли они сухопутьем):Князь Ростислав в земле чужойЛежит на дне речном,Лежит в кольчуге боевой,С изломанным мечом.Днепра подводные красыЛобзаться любят с нимИ гребнем витязя власыРасчесывать златым.Его напрасно день и ночьКнягиня дома ждет...Ладья его умчала прочь -Назад не принесет!В глухом лесу, в земле чужой,В реке его приют;Ему попы за упокойМолитвы не поют;Но с ним подводные красы,С ним дев веселых рой,И чешет витязя власыИх гребень золотой.Когда же на берег ПосвистСедые волны мчит,В лесу кружится желтый лист,Ярясь, Перун гремит,Тогда, от сна на дне речномВнезапно пробудясь,Очами мутными кругомВзирает бедный князь.Жену младую он зовет -Увы! его жена,Прождав напрасно целый год,С другим обручена.Зовет к себе и брата он,Его обнять бы рад -Но, сонмом гридней окружен,Пирует дома брат [хотелось бы знать, что должен был делать Владимир Мономах, согласно А.К.Т. - сидеть на Стугне год за годом?:)].Зовет он киевских попов,Велит себя отпеть -Но до отчизны слабый зовНе может долететь.И он, склонясь на ржавый щит,Опять тяжелым сномВ кругу русалок юных спитОдин на дне речном...Интересно, что Перун в мире этого стихотворения вполне существует, а русалки скрашивают князю сон (это вместо христианского погребения, постигшего князя реально). А то, что киевские попы в стихотворении упокоя ему не поют, в свете истории с Печерским монахом должно было бы смотреться несколько иначе, чем без ее учета.
24	http://wyradhe.livejournal.com/312318.html	Вдогонку	___	___	ВдогонкуОдин итог можно подвести - новое ноу-хау от начальства: допуск к выборам "народных трибунов" от крайних право"либералов". Нав. - от РПР-Парнаса, Ройзм. - от Прохорова. При этом Р. мог рассчитывать на победу, Н. - нет, а допустили обоих;  но Р. и в корешах отнюдь не у маргинальной оппозиции "от демократических лозунгов",  а у Прохорова - вполне лояльного режиму и встроенного в него олигарха(тм), и пост получал Ройзман при этом не реально-правящий, а номинальный (полномочия мэров в Мск и Екат. - принципиально разные).Тем самым физического ослабляющего власть эффекта от этих выборов нет и быть не могло, и известно это было власти заранее. Что имеется - это эффект психологический: у граждан появилось ощущение, что они нанесли "власти" некий небывало-новый по масштабам удар, и что-де появилась оппозиционная "новая сила", способная такой удар при их поддержке нанести (эти самые "народные трибуны" от Прохоровых и Немцовых). Кроме того, Прохоровы и Немцовы-Рыжковы и пр.  удостоверились, что если сами по себе они набрать могут лишь очень мало голосов (Прохоров даже в Москве, ультраправом сравнительно с другими центрами городе,  в 2012 набрал всего 20 проц.), то выпуская от себя "народных трибунов", они вполне могут набирать треть голосов от пришедших на выборы.В обоих случаях и сам допуск этих людей на выборы, и их не-снятие с выборов, и подведение итогов выборов было стопроцентным делом доброй воли властей. Навального так просто за уши на эти выборы вытянули (дали голоса муниципалов, без которых он шансов не имел и зарегистрироваться, и которых он сам получить не мог; выпустили из-под ареста, как только он это сделал условием своего участия в выборах; не сняли с дистанции, хотя демонстративно показали, что имеют к тому полные формальные возможности - но вот не хотят (истории с яндекс-кошельками, болгаркой и последующее веское слово Собянина, что снимать с дистанции Навального все равно не должно). Ройзман победил с официальным отрывом в несколько процентов; неужели кто-то полагает, что переприписать  и эти несколько процентов, так что победил бы Силин, власти было  бы трудно, имей она такое желание? Таким образом, самый интересный тут вопрос: а власти-то зачем все это понадобилось?Варианты ответов: "это она сделала в качестве уступки поневоле, устрашась митингов / устрашась того, что иначе грянет революция" или "на это она пошла как на необходимую цену того, чтобы добыть для себя побольше 'легитимности', дефицит которой очень ее терзает и удручает",или "это она просто решила поиграть в демократию эксперимента ради, благо сейчас ничего она реально на этом не теряет, а все рычаги на будущее и так остаются у нее в руках - она совершенно не обязана и дальше проводить выборы именно так, давая Навальному необходимые ему голоса муниципалов, когда иначе он получить их не может "- мне кажутся невероятными.Вариант "такого они, конечно, не хотели; они рассчитывали одержать полную победу с полным провалом своих супостатов на голосовании, их придворные социологи их уверяли, что так и будет, ради этого они и пошли на все это, - а что эти  их ожидания пошли прахом, было для них неожиданностью, либо начало становиться им ясно так поздно, что уже некогда им было что-то менять - и вот..." - мог бы хотя бы обсуждаться, если бы нынешнее явление ограничивалось Москвой. Но то, что в Екат. к выборам допустили Ройзмана, полностью этот вариант снимает: он там безусловный фаворит с отрывом, известно это было заранее, и если в рамках нынешнего курса его допустили к выборам - то это значит, что эффект был для властей не неожидан. В Москве же вытянули на выборы _самого_ перспективного по части сбора голосов из "оппозиционных политиков", хотя картинку "мы вас, гнилых либерастов и агентов госдепа, сделаем одной левой", было бы куда удобнее строить на спарринг-партнере в виде Яблока, а не в виде Навального.Вариант "да нет никакой 'власти' и какой-то ее линии, это Володин журналистам ляпнул, чтобы сделать хорошую мину при плохой игре, есть рассогласованный конгломерат, и в нем все действуют  кто во что горазд, ну вот в частности у них сынтерферировалось на вытягивании Н. на выборы в Мск и разрешении Розйману в Екат."  - представляется тоже невероятным.Вопрос стоит именно так: власть, вполне наличная, дозволила, да даже не дозволила, а организовала происшедшее (организовала не тем, что приписала Н. и Р. голоса, а тем, что заботливо обеспечила их участие в выборах и широкую свободу их предв. кампаниям), хотя имела полную возможность этого не сделать и ничем за это не поплатиться. Так зачем ей это понадобилось?Если бы я мог отвечать уверенно и основательно на такие вопросы, то мне давно предлагали бы писать не gratis в ЖЖ, а за большие деньги - американской и китайской разведкам (рады бы и другие были, но заслуживающие такой информации деньги по карману были бы только этим двум). А вот возможные материалы к ответу обсуждать можно.1. Власть у нас с давних пор хочет иметь и строить некую "оппозицию", за которую голосовали бы противники власти, и которая реально оппозицией режиму не была бы. Два-три таких проекта было: 1) построение рядом с Едром ("центром") "левой оппозиции" в лице СР и "правой оппозиции" в лице наследников СПС. Не получилось: наследники СПС и в Думу не прошли, так что поневоле стали "внесистемной оппозицией", маргиналами, которых могут привлекать для подхвата группировки внутри самой верхушки; а СР тоже никого в итоге не обмануло.2) - совсем уж мертворожденный проект: особые либеральная и социальная платформы внутри самого Едра.3)  Прохоров (в виде Правого дела-2011, или Граждплатформы, или любом другом) как некое воспроизводство СПС с добавленным мачистским флером и, конечно, харизмой принадлежности к высшей элите и реальной таковой принадлежностью. Не прошло, оставлено в зависшем состоянии как по причине малой способности собирать голоса  в стране в целом, так и по причине большой способности оказываться сильным фактором в грызне высших кланов (благодаря поддержке в Москве и в верхней четверти общества в целом).Вот теперь - куда более эффективный проект: народные трибуны от крайних право"либералов" - Прохоровых ли, Немцовых ли. Зародышевым образцом проекта был сам тандем Прохоров-Ройзман. Никаких перемен в основах властвования и соцэкполитики режима эти трибуны не предлагают даже на словах, но при этом вполне "популистичны" и "против начальства и его жирования и беспредела". От кого они выдвигаются - и вовсе открыто (только населению неинтересно).Эффективность проекта (то есть способность этих трибунов собирать голоса, как если бы они были и впрямь оппозицией режиму и его основам) достигается за счет того, конечно, что обличают они  и клеймят власть гораздо больше, чем предыдущие. Это - плата, которую приходится за эту эффективность платить властям. Конечно, было бы гораздо лучше, если бы люди по стране готовы были понести свои протестные голоса такой необидной для высшей власти даже на словах "оппозиции", как Прохоров в чистом виде или СР, но увы - пробовали, не получается.2. Этот проект имеет хорошие перспективы на будущее. Путин не вечен; если не в 2018, то в 2024 он, очевидно, уйдет. 2024 - это всего-то через 10 лет. Между тем курс уже и Путина должен будет меняться и меняется в направлении "меньше социалки, больше платите за все! натурально, сращенный с гос-вом и сановниками монополизм в экономике при этом не ослабим"; а уж сменят Путина точно сторонники политики а-ля Прохоров (/а-ля Силуанов, а-ля Дворкович, а-ля Улюкаев...) - больше просто некому. Этот курс должен иметь некие возможности выигрывать на выборах. В 1999/2000 именно этот курс (представляемый тогда Путиным не меньше, чем любыми его тогдашними коллегами) выиграл выборы благодаря войне и имиджу "молодой, энергичный, не алкаш".  В следующие десять лет вариант "народные трибуны от Прохорова, спсовцев и т.д." имеет очень хорошие шансы стать как раз  базой для выигрыша  выборов тем же курсом, причем население будет даже думать, что оно меняет некий правящийгнилойрежим на его противников.
25	http://wyradhe.livejournal.com/312023.html	Если результаты останутся такими же - то это будет совсем класс	___	___	Если результаты останутся такими же - то это будет совсем классВ одном пункте дело резко разойдется с моими ожиданиями (которые для Н. были равны 10-15 проц., с максимумом в 15). Реальная явка составила, видимо, порядка 30 процентов (по опросам тт. профессиональных социологов ожидалась  явка в 50-70 процентов:)), отмобилизованность же протестного электората всегда выше, чем лоялистского или нейтрального. Отрицательная сторона такого результата (временная большая радость "лагеря Навального" - большая, но чисто духовная: второго тура нет, а суд и приговор никто не отменял), по-моему перекрывается положительной (1: внятное оповещение начальства о том, что наименьшему злу в нарастающей степени предоставляется выручать себя самому, благо оно под руками имеет все к тому возможности, а если оно хочет, чтоб ему еще и соломки в этом деле подстелили голосованием, то придется что-то делать сверх обеспечения себе места наименьшего зла. Что бы оно в связи с этим ни делало, эти сдвиги будут с большой вероятностью небесполезны; 2. большая - пусть хоть и сокрытая - скорбь главных рыцарей за свободу, отлично понимающих, какую роль в эти ок. 30 проц. Навального внесла хоть та же массированная антимигрантская и антикавказская его кампания последних двух недель - наблюдавшаяся и мной самим. Весьма возможно, что имеющие место результаты приведут в реальности к развитию  "раскола в нигилистах").Вот на чьем месте я бы рыдал - это на месте сознательных сторонников чистой и честной демократии, конкурентных выборов и прочей легитимной сменяемости власти.Потому что  если кто верит, что власть потянула Навального на выборы (дав ему стартовый капитал муниципальных голосов, без которого он бы и не получил к ним доступа, и освободив из-под стражи, когда это стало условием продолжения участия его в выборах), потому что ей поневоле понадобилось таким манером получать "легитимность" или с перепугу перед тем, что иначе грянет революция - то это из жизни сказок. Поступить она так могла только потому, что Н. ей есть и будет совершенно безопасен (почему именно это так - неважно). А 30 процентов на этих выборах - это, надо думать, накрепко привяжет к нему "протестный" и "креативный" (в не-"пролетарскиинтернационалистской" его части) электорат, и разом дико озлобит против него "пролетарскиинтернационалистскую" и просвещенно-цивилизованно-(про)сислибовскую часть того же сектора. При сохранении  всей его безопасности  для супостата.
